— Юлий Олегович, — вмешался Риман, — я вижу, что вы отличный офицер и не зря носите эти погоны. Однако мой подопечный ответил на все ваши вопросы и более задерживаться здесь не собирается.

Он мягко взял меня под локоть и быстро вывел меня из кабинета, оставив Цацкого один на один с бушующей в нем ненавистью.

Только на улице я понял, что меня всего трясет от бешенства. Кулаки раз за разом сжимались, а челюсти были стиснуты до боли. Во мне бесновалась магия, так и норовя выплеснуться наружу.

— Алексей, что это было? — резко спросил Риман.

И это стало последней каплей. Ментальная волна вырвалась из меня и накрыла его, заставляя отступить на шаг.

В тот же миг я сообразил, что сделал, и взял себя в руки. Риман очень заинтересованно на меня посмотрел и промолчал.

Заговорил он лишь, когда мы сели в карету.

— Знаете, Алексей Николаевич, что в природе существуют некие камни, которые могут помочь вам справиться с силой.

— Они ее погасят? Или ограничат? — раздражение не унималось.

— Не только. Бывает, что маг настолько силен, что может быть опасен. Хуже бывает, если он еще не научился держать свою силу под контролем. По неопытности.

“Он назвал тебя малолетним и опасным дураком” — подумал и крепко зажмурился, пытаясь успокоить свои эмоции.

Получилось не сразу. Мне понадобилось несколько минут, чтобы я смог, наконец, нормально соображать.

— Вы хотите предложить мне убрать излишки силы? Или пережать мои каналы, правильно я понимаю? — я был сама любезность.

— Если захотите.

— А может, лучше научить меня пользоваться магией?

По моей руке пробежала юркая змейка, я с улыбкой смотрел, как она оборачивается вокруг моего запястья. Риман тоже следил за ней, не отрывая взгляда.

— Христофор Эммануилович, а есть такие камни, которые забирают способность у мага?

Риман напрягся и медленно потянулся к своей бутылочке. Я не торопил его с ответом. Сделав глоток, он произнес:

— Они существуют, но про них не любят говорить.

— Вас послушать, так люди в принципе не очень любят разговаривать. Про темных магов нельзя, про камни пустоты нельзя.

— Теперь мне интересно, откуда вы знаете про камень пустоты?

Мысленно выдав себе затрещину за длинный язык, я обезоруживающе улыбнулся.

— Был однажды в лавке артефактора. Он мне показал один такой.

— Да? Неужели Горлицкий опять выставил его на продажу? — задумчиво потянул Риман и вдруг прищурился. — А только ли у него вы видели этот камень.

Я не хотел отвечать и пожал плечами.

— Интересный вы, молодой человек. Как замечательно, что я решил проехаться с вами.

— А я думал, что вы должны были какие-то документы доставить в охранку...

— Совсем забыл, — он картинно хлопнул себя по лбу. — Конечно же, подождите меня здесь. И ни с кем не разговаривайте. Я скоро вернусь.

Он подхватил свой тощий портфель, который я раньше не заметил, и вышел из экипажа.

“Кто же вы такой, Христофор Эммануилович Риман?” — вновь подумал я.

И принялся анализировать то, что смог узнать о нем, когда его накрыло моей силой.

Хорошо все же иметь ментальную способность. Она помогает запоминать абсолютно всю информацию, которую я видел и слышал. Для учебы — самое то. Впрочем, как и сейчас.

Тех нескольких секунд волны, конечно, было очень мало, но я успел заметить, что у Римана есть воздушная магия, но его ментальные каналы сильно повреждены. И выглядели они так, будто их обожгли кислотой. Зрелище не для слабонервных.

Я все не мог понять, как так получилось, но тут меня отвлекло появление широкоплечей фигуры в длинном пальто, подбитым мехом.