Но с какой стати Александре о нем упоминать? Ванесса должна была стать гувернанткой дочери виконта Стоука, а что до мистера Джейкобса... Александра не могла знать, что произошло между ее бывшей гувернанткой и Робертом Джейкобсом пять лет назад.

Она отпила остывшего чаю. Два часа назад его принес темнокожий мистер Оливер. Он же доставил ее вещи. Нетронутые чемоданы стояли в углу комнаты у старомодной кровати. Чтобы скрыть смущение, Ванесса попросила его рассказать о себе. Молчаливый слуга поведал, что мать его была рабыней, а отец – испанец из Санто-Доминго. Он знаком с виконтом девятнадцать лет, а с мистером Джейкобсом – лишь пять.

Пять лет. Сразу после... Что он тут делает? Служит секретарем у виконта? В этом нет ничего странного – он окончил Оксфорд с отличием. Но мистер Оливер не стал отвечать на новые вопросы и предоставил Ванессе распаковывать вещи. С тех пор чай давно остыл, но она не станет просить еще.

Кто-то тихо постучал в дверь. Наверное, мистер Оливер сам решил принести еще прохладительного.

– Да?

Дверь распахнулась, вошел Роберт Джейкобс.

Ванесса вскочила. Они молча смотрели друг на друга. Да, он стал еще симпатичнее, чем она помнила: волосы были такими же темными, глаза словно густой шоколад. Высокий и широкоплечий. Казалось, что он ничуть не изменился, но стал еще мужественнее и как-то благороднее.

– Утром я объясню виконту, что не смогу остаться.

– Неужели видеть меня вновь так ужасно?

– Ужасно? Видеть тебя?

Хотелось солгать, что она в высшей степени недовольна встречей, но сказала совсем другое:

– Ты такой же красавчик, как и раньше.

«Когда мне было тридцать, а тебе – двадцать. А теперь каждый из нас стал на пять лет старше». Его щеки зарделись.

– Насколько я помню, ты не смогла достаточно быстро сбежать из кареты во время нашей последней встречи. Наверное, это было ужасно – молодой человек признается в любви респектабельной супруге преподавателя Оксфорда.

Она тяжело дышала. Даже столько лет спустя один взгляд его темных глаз причинял страдания. Пусть прошло много времени, между ними все давно кончено, а ее все ещё охватывает дрожь.

– Я не... Но я не знала, что ответить. Это было просто невозможно.

– Возможно, пока один из нас не заговорил.

Она сделала умоляющий жест.

– Нет, это было невозможно. Для тебя это было бы бесчестьем, а для меня – позором.

Его губы побелели.

– А теперь?

– Теперь? Ничего не изменилось. Я должна идти своей дорогой. Буду гувернанткой, как раньше.

– Твой муж оставил тебя в нищете?

Она сухо улыбнулась:

– Ему нечего было оставлять. Крошечный доход, которого хватает чуть больше, чем на самое необходимое.

– А я наследник неплохого состояния.

У Ванессы сжалось сердце. Она смотрела на него жадным взглядом. Он был единственным мужчиной, который заставил ее почувствовать себя любимой.

Он молча смотрел на нее. Пять лет назад у нее не было выбора. И теперь у них выбор небольшой. Тоска, желание, раскаяние – вот и все.

– Виконту нужно сказать правду. Я это сделаю.

– Нет, я. Не надо было мне приезжать.

Роберт сжал кулаки.

– Нет. Капитан Финли не просто работодатель. Я ему сам все объясню.

– Капитан Финли?

– Я имею в виду лорда Стоука. Раньше его звали капитаном Финли.

– Понятно.

Она ничего не поняла, но уточнять не стала.