— Да? Ты так думаешь? Так вот, ты ошибаешься! Мне нравится моя кровожадность, понял? Мне нравилось развлекаться с этой девчонкой. И вообще, хватит вампирам скрывать свои истинные желания! Мы умнее, сильнее и лучше людей. Мы должны управлять ими, понятно? Довольно подчиняться этим жалким ходячим мешкам с кровью!

— Но недолетка не человек! — Голос Дария был подобен обнаженному лезвию ножа. Он напомнил мне, что я имею дело с сильным и могучим вампиром, настоящим Сыном Эреба, а, следовательно, одним из величайших воителей на свете!

— Я испытывал жажду, а человека под рукой не оказалось, — огрызнулся Старк.

— Зои, девушке здесь больше нечего делать, произнес Дарий, не сводя глаз со Старка. — Ты проводи ее в комнату, чтобы нам было спокойней. Больше она не послужит добычей для алчности слабой.

Я бросилась к Бекке и помогла ей подняться на ноги. Она все еще сильно дрожала и слегка покачивалась, но идти могла. Когда мы приблизились к Дарию, он тут же двинулся вперед, держась между нами и Старком. Заметив это, Старк свирепо обернулся и заговорил с такой яростью, что у меня мурашки по спине побежали:

— Знаешь, старик, мне нужно лишь захотеть убить тебя, и ты труп. Стрела подчиняется моей воле.

— Коли ты правду сказал, значит, я буду трупом, — спокойно ответил Дарий. — Ты же чудовищем станешь, хотя до сих пор таким не был.

— А может, я не против стать чудовищем?!

— Что ж, я не против погибнуть на службе у жрицы, верно свой долг исполняя пред ней и пред нашей Богиней.

— Если ты его тронешь, берегись! — прошила я, в бешенстве глядя на Старка. — Я обрушусь на тебя всеми своими силами и места живого не оставлю!

Старк посмотрел на меня, и его бескровные губы сложились в подобие прежней дерзкой ухмылки.

— Выходит, ты тоже чудовище будь здоров, да?

Разумеется, я оставила это мерзкое замечание без ответа, и то же самое сделал Дарий.

Он провел нас с Беккой мимо Старка, открыл дверь общежития и провел Бекку внутрь. Но в место того чтобы направиться следом, я остановилась на пороге. Интуиция подсказывала мне, что следует сделать еще кое-что, а я привыкла внимать голосу шестого чувства.

— Со мной все будет нормально, — сказала я Дарию и, сурово взглянув на Старка, сделала шаг назад.

Мне снова приходилось действовать наугад, но я помнила строки из стихотворения Kрамиши: «Человечность спасла ее — спасет ли меня? », поэтому решила попробовать.

— О Фанти заботится Джек, — без всякого предисловия выпалила я.

В глазах Старка снова мелькнула боль, но голос остался тверд.

— И что?

— Ничего. Просто сообщаю, что твоя собака в порядке. Ей было, очень тяжело, но сейчас она счастлива.

— Я не тот, кем был раньше, поэтому она больше не моя собака, — на этот раз голос Старка дрогнул, и я поспешила сделать полшажочка в этом направлении.

— Знаешь, самое лучшее в собаках — это их способность к беззаветной любви. Фанти все равно, каким ты стал. Она все еще любит тебя.

— Ты просто не понимаешь, о чем болтаешь! — резко ответил Старк.

— Нет, понимаю. Я успела немного познакомиться с твоей собакой. Никогда не встречала существа добрее и преданнее.

— Я говорю не о ней, а о себе.

— Ну что ж, с красными недолетками я тоже успела немного познакомиться. Не говоря уже о том, что моя лучшая подруга — первый красный вампир в истории. Стиви Рей сильно изменилась, но я все равно ее люблю, — сказала я.