Медленно, не говоря ни слова, Хит взял меня за руку и повернул ее ладонью кверху, чтобы посмотреть на хитросплетение моих новых татуировок. Потом провел пальцем по замысловатой синей линии и сказал, не поднимая глаз:

— До сих пор не могу поверить в то, что произошло. Иногда, проснувшись утром, я забываю о том, что ты теперь Меченая и живешь в Доме Ночи, и волнуюсь, согласишься ли ты прийти на матч в пятницу. Или думаю, что скорее бы закончились уроки, чтобы я мог пригласить тебя съесть по хот-догу в «Дейлайт Донатс». — Хит поднял голову и посмотрел мне в глаза. — Но потом я окончательно просыпаюсь и вспоминаю, что этого никогда больше не будет. Когда мы были Запечатлены, у меня еще был шанс остаться частью твоей жизни. А теперь нет и этого.

Его слова все во мне переворачивали.

— Мне так жаль, Хит. Я… я просто не знаю, что сказать. Прости, но я ничего не могу с этим поделать!

— Можешь, — Хит поднял мою руку и прижал ее ладонью к своей черной футболке «Тигры Брокен Эрроу», под которой мерно стучало его сердце.

— Слышишь, как оно бьется?

Я кивнула. Да, я слышала ровный, сильный и немного убыстрившийся стук его сердца. Этот стук напоминал о восхитительной крови, пульсировавшей в его венах, о том, как славно было слегка прокусить ему кожу и… Теперь и мое сердце пустилось вскачь и заколотилось в унисон с его.

— В последний раз, когда мы виделись, я сказал, что любовь к тебе причиняет слишком много боли. Но я ошибся. Правда в том, что не любить тебя еще больнее, — сказал Хит.

— Нет, Хит. Мы не можем, — сипло ответила я, пытаясь подавить сумасшедшее желание.

— Мы все можем, детка. Нам так хорошо вместе. Мы же столько тренировались, — он придвинулся ко мне ближе. Потом отвел мой указательный палец от своей груди и погладил большим пальцем мой накрашенный ноготь. — Правда, что ногти у тебя такие твердые, что могут проколоть кожу?

Я кивнула. Да, я знала, что мне нужно выйти из машины, повернуться спиной к Хиту и уйти от него в туннели и в свою жизнь… но я не могла. Хит тоже был моей жизнью. Хорошо это или плохо, правильно или неправильно, но я не могла уйти от него.

Он взял мой палец и поднес к нежной ямке на своей шее, возле плеча.

— Проткни здесь, Зо. Выпей мою кровь, — голос его был хриплым и густым от желания. — Мы с тобой все равно связаны. И всегда были. Верни Запечатление на место.

Он прижал мой ноготь к своей шее. Теперь мы оба тяжело дышали. Ноготь мой легко вошел в его кожу, оставив маленькую царапинку. Словно завороженная, я смотрела, как алая тоненькая струйка побежала по белой коже Хита.

Ее запах обрушился на меня, как лавина. Это был до боли знакомый аромат крови Хита — крови нашего Запечатления!

Ничто на свете не может сравниться с запахом свежей человеческой крови, даже кровь недолетки или взрослого вампира не вызывает такого всепоглощающего, непреодолимого желания. Я почувствовала, как все мое тело подалось вперед.

— Да, детка, да. Пей, Зо. Помнишь, как было здорово? — шептал Хит, притягивая меня к себе.

Может, попробовать? Всего один глоточек? И снова Запечатлиться с Хитом? Ну да, этим все и закончится. Но разве это так уж плохо? Мне нравилось наше Запечатление. И Хиту тоже, и все шло прекрасно, пока…

Пока я не порвала нашу связь, разбив ему сердце и, возможно, искалечив душу.

Я отпрянула от Хита, выскочила из кабины и отбежала в сторону. Ледяной град охладил мое пылающее лицо, остудил сумасшедшую кровожадность.