«Больше никогда, – пообещал себе Лордан, – ни за какие деньги».

Фехтовальщик продолжал считать: минута сорок пять, минута пятьдесят… Она не двигалась. Впечатляющее зрелище, особенно для того, кто постоянно сбивался при выполнении этого упражнения в классе. Лордан начал нервничать: возможно девчонка специально сбивалась на занятиях, чтобы вынудить его остаться после, – но для чего ей это нужно? Бардасу казалось, что им манипулируют. К тому же он не мог отделаться от ужасного ощущения, что за ними наблюдают.

«Брось, Бардас, тебе скоро начнут мерещиться розовые лягушки. Заканчивай и иди домой».

– Минута пятьдесят восемь – девушка тихонько всхлипнула, признавая свое поражение. Лордан понимал ученицу: его плечо и рука разламывались от боли, но благодаря долгому опыту он мог продолжать. Кончик ее клинка задрожал сильнее.

«Достаточно, – решил фехтовальщик, и затем, внезапно, в голову пришла мысль: – Нужно показать ей следующую ступень – восстановление после стойки. Она заслужила это».

Бардас проверил позицию и внезапно совершил стремительный выпад в сторону девушки. Она поняла его и мгновенно парировала, после чего они обменялись серией коротких ударов. «Какие способности, я даже завидую ей», которая закончилась тем, что наставник выбил из ее рук меч едва заметным, внешне слабым поворотом запястья. Локоть пронзила резкая боль, так что у Лордана перехватило дыхание. Он согнулся пополам, держась за предплечье, и тихо выругался.

Девушка пришла в ярость от собственного провала и молчала.

– Если тебя это утешит, – выдохнул фехтовальщик, – ты была великолепна.

Он массировал предплечье, сожалея, что решил продемонстрировать свое мастерство, и, получив травму, чувствовал себя неловко. Впрочем, ее это, казалось, не беспокоило.

– Я проиграла, – зло ответила девушка. – Вы взяли надо мной верх.

От этих слов Лордана вновь охватило чувство отчетливого беспокойства.

– Мне казалось, что я считаюсь твоим наставником, – внешне удивленно произнес он.

– Хорошо – это еще недостаточно, – заявила девушка. – Ты можешь быть очень хорош, но умрешь, если соперник лучше.

Казалось, эти слова она адресует кому-то другому.

– Именно поэтому я рад, что вовремя ушел, – сказал он. – Больше всего на свете я не люблю перфекционистов.

Ученица бросила на наставника обиженный взгляд и сложила руки на груди, обхватив пальцами предплечья. Лордан уже видел раньше этот характерный для женщин жест, но плохо представлял, что он означает. Ситуация приводила его в смущение, Бардас понимал, что нужно что-то сказать, но не находил слов.

– Прости, я не хотел обидеть тебя, – сказал он. – Почему неудача тебя так задела? Ты делаешь неплохие успехи и намного обошла своих одноклассников.

Девушка слегка отстранилась, словно хотела не слышать его слов.

– Я хочу быть лучшей, – ответила она.

– Ты уже лучшая. У тебя талант к фехтованию, какой мало кто имеет. Внезапно Лордана осенило. – В семье были адвокаты?

– Дядя был фехтовальщиком. – Ученица теперь смотрела на него в упор, как прежде, только сейчас их не разделяли два ярда холодной стали. – Возможно, вы слышали о нем, его звали Теофил Хедин.