– Ева… зачем?.. – шепнул он сереющими губами.

Но взгляд маленькой девочки был не по–детски холоден, это был взгляд убийцы.

– За мою жизнь, – просто ответила Ева, и вонзила кол еще глубже.

Глаза Каина закатились, кожа вздулась синими венами и посерела.

Хладнокровная маленькая вампирка вырвала сердце из груди первовампира.

… наконец–то взошло солнце, и сердце Каина, не защищенное силами своего хозяина, вспыхнуло оранжевым огнем, сгорая навеки.

Ева не сказала ни слова, а пошла вниз по белоснежному покрову, туда, где находился их вертолет.

Потрясенный Даррен вернулся к Джеймсу.

– Как ты? – заботливо спросил он, обнимая друга за плечи.

– Как Лианна? – спросил Джей слабым еще, но немного окрепшим голосом.

В этом был весь Джеймс. Мысли о себе отходили на задний план, на переднем оставалась Лианна.

Внезапно только что до Даррена дошло, что возвращение Джеймса может плохо повлиять на Лианну. А точнее, он может отобрать ее у него.

– Нужно освободить остальных, – сказал Дарр. – Думаю, эламирам не очень нравиться сидеть под снегом.

Но это был лишь повод не смотреть Джеймсу в глаза. Голова его была битком набита мыслями.

Заклинание Пандоры сняло с него путы? То есть теоретически, он теперь всегда сможет иметь детей? Даррен ужаснулся, представив, сколько же возможных маленьких Дарренчиков разгуливает сейчас по свету.

Значит, те несколько дней, что они провели с Лианной у эламиров, она вполне могла… могла…

Она все слышала, поэтому не было нужды говорить вслух, но по ее выражению лица Даррен не мог прочесть ответ.

– Побудь с Джеймсом, а я пока откопаю остальных.

Вампир принялся за дело, и через некоторое время вся дрожащая замерзшая компания оказалась на поверхности.

– Что произошло?

Эламиры не обладали тонким звериным слухом, поэтому Дарру пришлось все рассказывать.

– Ева… – Авель задумался. – Я всегда подозревал, что она не может быть ему преданной за то, что он обратил ее в столь юном возрасте.

– Она отомстила ему.

– Да.

– А что с остальными?

– Не думаю, что они будут большой угрозой. Каин держал всех в страхе, и сейчас они, скорее всего, надолго исчезнут, разделившись.

– А Ева?

– Она тем более. Думаю, ей хочется расслабиться.

– А мы? – Даррен неустанно задавал вопросы, не забывая вместе с этим растирать щеки недовольной этим действием Кире.

– А мы отправимся домой.

– Вообще–то я имел в виду себя и свою семью, – деликатно заметил вампир.

– А вы возобновите свою полную переживаний и волнений жизнь.

– То есть мы вам больше не нужны?

– Нет.

– И даже не отблагодарите нас никак?! – возмутился Даррен.

– Ну, думаю, спасение твоего друга было достойной благодарностью.

– Я жизнью рисковал ради вас!

– Но, как оказалось, напрасно. И откуда он только мог знать, что ты наполовину эламир? – озадачился Авель.

– Понятия не имею. Очень мило, что ты не счел нужным сказать мне об этом. Я не мог убить Каина. И ты знал об этом с самого начала. Но все равно заставил меня сделать это. В чем смысл, Авель? Что тебя дала бы моя смерть?

– Да, я ошибся… – признал Авель. – Ты был наполовину вампиром, и я был уверен, что ты сможешь убить его.

– Да из–за вашей ошибки я мог погибнуть! – горячился Дарр.