Дарр тоже выпил виски для храбрости. Ему было страшно. Он уже не был уверен, что стоит продолжать разговор.

– Как ты докатился до такой жизни? Ты ведь не сразу стал таким?

– Нет.

– Расскажи мне.

– Не думаю, что это хорошая идея.

– Лианна…

– Про Лианну ни слова, – жестко оборвал его Джеймс. – Я не для того выжигал ее из своей памяти, чтобы ты в один день вернул все воспоминания.

– Почему ты тогда ушел? – не выдержал Дарр.

Джеймс прикрыл глаза рукой. Он долго молчал, прежде чем сказать:

– Я ушел, потому что желал ей счастья… я не хотел мучить ее выбором, заставлять страдать. То, что я увидел в окне, было лучшим доказательством моих слов. Она счастлива с тобой. Чего еще я могу хотеть? Я ушел тогда, и пару месяцев скитался по стране, всячески избегая посещения тех мест, где случайно мог встретить Лианну. Потом подался в Чикаго. Здесь меня увлекла головокружительная карусель, я познакомился с компанией не очень благополучных вампиров, занялся распространением наркотиков. Это было противное, грязное, мерзкое дело. Но оно помогло мне переключиться на ненависть к самому себе, изгнать из мыслей Лианну… пришлось прятаться, искать убежища. Так я оказался на задворках города. Кто–то предложил мне попробовать кокаин, и я рискнул. Эффект превзошел все мои ожидания. Мысли очищались абсолютно, я впадал в забытье настолько блаженное, о каком не мог мечтать уже давно. Конечно, все зависит от дозы. Она отбивает даже жажду. Меня это вполне устраивало. И устраивает сейчас.

– Наркотики – это не выход.

– А ты видишь здесь выход?

Даррен помедлил.

– Я думаю, стоит все рассказать Лианне.

– Ты хочешь сознаться ей в своем вранье?

– Ты виноват не меньше! – рассердился Дарр. – Не надо все сваливать на меня одного! Это было твое решение, и не надо никого обвинять в той жизни, которую ты сейчас ведешь!

Его слова привели Джеймса в чувство.

– Ты все равно не сможешь быть таким, как я. Рано или поздно ты очнешься. И ужаснешься, – бросил Дарр.

– Это будет не скоро…

– Я хочу, чтобы это произошло сейчас.

– Ты хочешь отдать мне Лианну?

– Она не вещь. Но имеет право знать, что ты жив.

Джеймс молчал, его глаза были опущены, и Даррен не мог разобрать их выражения.

– Я не знаю, каким будет ее решение, но одно знаю точно: в таком виде ты перед ней не появишься!

– Я вообще не хочу перед ней появляться!

– Хочешь, но боишься.

– А даже если и так! – зло воскликнул Джей, но удержать на лице эту маску ему не удалось. – Даррен, я правда боюсь… – признал он. – Что мне делать?

Дарр наклонился вперед.

– Одна моя давняя подруга говорила, что есть два вида любви: первая – когда ты пойдешь на все, чтобы быть с любимым. И долгое время я любил Лианну именно так, но есть и вторая – ты сделаешь все, чтобы любимый был счастлив.

Он откинулся на спинку стула.

– Моя любовь переросла собственный эгоизм. И я готов рискнуть.

Даррен сложил руки за голову.

Джеймс смотрел на друга вопросительным взглядом.

– Я вернусь к тебе через неделю. Посмотрю, в каком ты будешь состоянии. А пока поговорю с Лианной.

– А что помешает мне прямо сейчас отправиться к ней?

– То же, что продиктовало тебе оставить ее год назад. Пока, дружище!

Даррен сбежал из этого бара назад, домой, к Лианне.

Она как раз укачивала Джейми, напевая ему какую–то колыбельную.