В общем, ситуация была так себе.

И, как назло, вокруг ни одного приличного дерева. Случалось, что ловкие сталкеры в подобной ситуации залезали на деревья и сверху вдумчиво расстреливали тварей по одной…

Но на этот раз мне не повезло. Вокруг тухлого озерца росла лишь хилая, полудохлая флора, которая и ворону-мутанта вряд ли на себе выдержит.

Потому мне осталось лишь одно – сигануть в это самое экстремально вонючее озеро.

Успел за мгновение до того, как стая бросилась. Если б стоял на том месте, просто снесли бы общей массой и разорвали – собаченции были крупные, с сенбернара размерами, только лысые все и в язвах. Они мелкими редко бывают, Зона им стимул к росту дает, что ли. И то, что в дырках они, как швейцарский сыр, менее опасными их не делает.

Озеро воняло так, что у меня дыхание перехватило и в глазах потемнело. Тот случай, когда я остро пожалел, что не ношу маску, а лучше изолирующий противогаз.

Но что не сделано – то не сделано. Потому я сильно куснул себя за нижнюю губу, чтоб организм скорее адаптировался к прелестям сидения по пояс в природной ароматической ванне. В результате получил заряд боли в мозг и бодрящий вкус крови во рту, от которых в глазах прояснилось почти мгновенно.

И начал стрелять.

Ближайшей псине в череп попал четко – она просто не смогла дернуться, так как была зажата боками двух соседок, направивших морды в мою сторону. Но на веер мозговых брызг, разлетевшихся из пробитого черепа, остальная стая отреагировала мгновенно.

Есть у этих тварей особенность: когда в них целишься, они чувствуют линию выстрела и в последний момент резко смещаются в сторону. Потому даже с пулеметом в руках отбиться от стаи гнилых собак крайне сложно.

И в моем случае две следующие пули ушли «в молоко»…

Кишащая на берегу живая падаль двигалась с поразительной скоростью и по непредсказуемым траекториям, хрипло скуля и издавая звуки, очень отдаленно похожие на злобный лай. Но при этом стая с берега не уходила…

Хорошо, что эти твари воды боятся – она заливается в открытые раны, а гнилые собаки этого не любят. Случается, что даже банально тонут, как корабли, получившие пробоину, если дырки в тушке значительные. Но, загнав жертву в воду, с берега никогда не уходят. Если переплыть озеро попытаешься или болото перейти, на другом берегу встретят. Будто помечают жертву невидимым маяком, мол, никуда ты, мясо, от нас не денешься…

– Ладно, мать вашу дохлую за хвост да об забор, – прошипел я на выдохе, с тоской думая, что после того выдоха придется вдыхать вонючие миазмы озерца… Вдохнул через рукав, что мало помогло, сдержался, чтоб не блевануть дальше, чем вижу, – и закрыл глаза. Если вы чувствуете, что в вас целятся, то как вам такое, паскуды дырявые?

Стрельба на звук – дело, требующее наличия хорошего слуха, пространственного мышления и возможностей для серьезных тренировок, ибо патронов на них будет сожжено множество. В свое время мне повезло пройти такой курс, и порой я даже поддерживал этот навык, когда боеприпасов было завались – то есть нечасто.

Сейчас с патронами было не очень. Но когда деваться некуда, то выбор остается небольшой. И я принялся водить стволом, словно радаром, пытаясь соотнести хриплый лай на берегу с пулей в стволе, мысленно представляя их единым целым.

И когда в моей голове этот пазл сложился, нажал на спусковой крючок.

Потом еще раз.

И еще, пока одиночными не высадил весь магазин.