– Как они вошли? – поинтересовался я, освобождая Медведя, упакованного аналогичным образом.

– Светошумовую кинули, – поморщился Шаман. – И связали, пока мы глазами хлопали, не видя и не слыша ни хрена.

– Ясно, – кивнул я. По ходу, крепко борги обиделись за вынесенный блокпост. Ради того, чтобы отомстить, даже своей ремонтной базой не побоялись пожертвовать.

– Допрашивали? – спросил я.

– Нет, – мотнул головой Шаман. – А чего тут допрашивать, если ваши следы к порталу ведут? И так все ясно, без допросов. Благодарю, что освободили. Теперь у нас к красно-черным свой счет появился, не обрадуются.

– Это точно, – кивнул Медведь. – Зря они так. Придется спросить с них по полной.

– Приношу извинения, это моя вина, – сказал я.

– Ты-то тут при чем? – удивился Медведь. – Ты виноват – с тебя и спрос должен быть. А нас по подлянке вырубить, связать и использовать как заложников – за это спрос будет с них.

– Те, кто это сделал, уже в Краю вечной войны, – произнес Иван. – Спрашивать со всей группировки смысла нет, они, может, вообще не при делах. Может, это инициатива отдельного патруля, который наткнулся на вынесенный блокпост.

– Вот и узнаем, – нехорошо усмехнулся Шаман, хрустнув кулачищами, каждый из которых был размером без малого с мою голову. – И где, кстати, Шахх?

– Нет больше Шахха, – сказал подошедший Иван. – Убили его борги. Там дыра в груди от гранаты – каска легко пролезет.

– Еще один повод спросить с красно-черных, – скрипнул зубами Шаман. – Но сначала надо ктулху похоронить и наши обязательства выполнить. Хабар принесли?

Иван открыл контейнер на поясе, вытащил трофеи.

– Ага, годится, – сказал Медведь. – «Вороний камень» отличный, кусок «жары» надо было с середины брать, там рисунок ярче, но этот тоже сойдет.

«Ничего себе, “с середины брать”, – подумал я. – Сам сходи, возьми с середины, а я посмотрю, как у тебя это получится».

– Мертвый гравиконцентрат вообще огонь! – восхитился Шаман. – Как добыли, если не секрет?

– Взорвали, – лаконично ответил Иван.

– Молодцы, – усмехнулся Медведь, причем с некоторой ноткой уважения в голосе. – А это что?

– «Алмазы», как договаривались, – произнес я. – С включениями. Шахх говорил, что они вроде ценнее обычных…

– Шахх, упокой его Зона, в артефактах разбирался так себе, – сказал Шаман. – Это ни хрена не «алмазы».

– Ага, – кивнул Медведь. – Это одноразовые «таймеры». Один радиусом метра три, второй, думаю, метров на десять потянет.

Мы с Иваном переглянулись. По ходу, он тоже про какие-то «таймеры» в первый раз слышал.

– Не поясните? – поинтересовался я.

– Лучше показать, – хмыкнул Шаман. – Пойдемте туда, где Шахх лежит.

У меня было полное впечатление, что кузница словно плывет в пространстве, меняя свою форму и размеры. Сюда шли, вроде недалеко от входа было, а обратно – будто вдвое большее расстояние ногами отмеряли. Да и стены стали явно выше, потолок вверх уехал… Видя мое удивление, Медведь пояснил:

– Распутье Миров находится одновременно в нескольких измерениях.