Однако то, что не придется силовыми методами разбираться с водилой, особой радости мне не добавило, так как через лобовое стекло я увидел стремительно приближающуюся набережную, освещенную парой тусклых фонарей, за которой расстилалась сплошная чернота, словно грузовик летел прямо в преисподнюю. В целом, так оно и было: еще пара секунд, и машина, проломив хлипкое декоративное ограждение набережной, рухнет в озеро, глубина которого неизвестна. Что это озеро, сомнений не было, не зря же город назвали Озерное…

В минуты сурового и быстротечного экстрима моя тушка, закаленная во многих битвах, принимает решения без участия мозга. Но тут и без него ясно, что, например, выпрыгнуть из кузова тентованного грузовика на полном ходу на асфальт идея так себе. Если я даже выживу после такого прыжка, то менее чем через минуту мне будут выкручивать руки кагэбэшники, в худшем – просто пристрелят на адреналине. Да и пока добежишь через весь кузов до выхода из него, грузовик уже будет лететь над озером. Остаться в кузове и после того, как машина рухнет в воду, попытаться выплыть? Возможно, это даже получится. Правда, результат будет аналогичным – или расстреляют сразу, как только я вынырну, или вытащат из воды и расстреляют попозже, либо упекут очень надолго в места настолько суровые и неприветливые, что лучше б расстреляли…

Оба варианта меня категорически не устраивали – и тут мой мозг, неожиданно включившись в процесс экстренного выживания, выдернул из памяти картинку: Гебхардт держится за свой палец, а вокруг эсэсовца разливается лазурное сияние портала.

Хотя нет.

Не за палец.

За кольцо на пальце!

Серебряное, с изображением черепа. Такое же, как я видел на пальце рыжего фашиста, пытавшегося воткнуть в меня штык-нож!

И тут же пришло понимание – я знаю, что это за кольцо!

Во время своего путешествия во времена Второй мировой войны видел я такое на пальце Гебхарда и, вернувшись, ради интереса покопался в энциклопедии на предмет, что оно значит.

И выяснил, что такие кольца выдавались рейхсфюрером СС Генрихом Гиммлером в качестве награды особо отличившимся офицерам своего ведомства. Причем в случае гибели или отставки кольцо было положено сдавать Гиммлеру для возвращения его в замок Вевельсбург, училище по идеологической подготовке офицеров СС, с которым связано большое количество мрачных легенд.

В среде коллекционеров это кольцо считается огромной ценностью, так как осталось их очень немного – ближе к концу войны большинство их были спрятаны приближенными Гиммлера и потом не найдены. Однако отличить подлинник от огромного количества подделок не просто даже опытным экспертам, а подделывают их чуть ли не со дня окончания войны и по сей день, причем порой очень профессионально.

Понятное дело, что у Гебхарда, который был другом Гиммлера с детства, был оригинал – который, оказывается, обладал весьма интересным свойством. По сути, это был артефакт последнего шанса: когда приближенному рейхсфюрера грозил трындец, он активировал кольцо и благополучно сваливал через портал куда-то подальше, оставляя противников в дураках.

Как меня сейчас, например. Помнится, требование Гиммлера возвращать эти кольца являлось вынужденной мерой – чисто чтоб артефакт случайно не оказался в чужих руках. Не зря же в наградном листе к этому кольцу было прямо сказано: «Это кольцо никогда не должно попасть в руки того, кто не имеет права держать его. Если вы покинете ряды СС или погибнете, то кольцо должно вернуться к рейхсфюреру СС». Исторический факт, однако…

Помнится, когда я об этом прочитал, сразу подумал – интересно, с чего бы к обычному серебряному кольцу, даже не считавшемуся официальной наградой, прилагаются такие странные условия владения? Теперь понятно с чего.