И старик махнул рукой в сторону самого крайнего портала, внутри которого курился знакомый красный туман затона. Тот самый, из которого я не пойми как попал в Древнюю Русь.

В принципе, было непохоже, что старик врет, да и какой ему смысл? Неспроста я сюда попал, а с конкретной целью, которую для меня определили непонятные мне силы. И вот цель достигнута, можно возвращаться обратно…

– Не, не пойдет, – покачал я головой. – Испытание испытанием, но я людям обещал живиц принести. Как я понимаю, вон они, под Монументом валяются.

– Под чем? – удивленно приподнял старик густые брови снежного цвета.

– Под Алатырь-камнем, если это он, – поправился я. – В моем мире он называется Монументом, только с него уже шамирит не сыплется… кхм, то есть живицы.

– Он самый, Алатырь-камень и есть, – кивнул дед. – Точно не хочешь вернуться? Те люди, о которых ты говоришь, кажись, тебя на стене повесить хотели. И как знать, может, не передумали.

– Я слово дал, – сказал я. – Так что с возвращением подожду. Живиц набрать можно?

Старик усмехнулся.

– А ты и правда удачлив, перехожий. Пойди ты сейчас в дальние ворота, вечно до самой смерти блуждал бы в кровавом тумане. Что ж, набери живиц, коль надобно. И три желания своих скажи заодно, заработал.

– Вон оно как, – хмыкнул я. – Значит, раньше было не одно, а три. Получается, схема и тут работает?

– Что работает? – снова не вкурил дремучий дед.

– Ну, тема начет того, что если дошел до Мону… в смысле, до вашего Алатыря, то можно желания загадывать, которые исполнятся.

– Можно, – кивнул старик. – Только правильно загадывай. Камень сей своенравный, порой просьбы исполняет очень по-своему.

– Я в курсе, – сказал я, задумчиво глядя на порталы, окружавшие Монумент. – Слышь, дед, а ведь это из них сюда, на Русь, нечисть всякая лезет, из дверей этих?

– Ну как нечисть? – пожал плечами старик. – Всяко живое существо, ежели народилось на свет, то свой путь имеет. Может, кому тот же Горюн погибель и разорение, а древним богам русским, что в лесу схоронились, лучший защитник. Ты его сейчас убил, но Перун уже нового Горюна призвал из соседнего мира, и других существ тоже. Так что скоро в Черной Боли вновь будет восстановлено Равновесие.

– Так что ж, по-твоему, если чудовища лесные людей убивают, это и есть Равновесие? – поинтересовался я.

– Кто бы говорил, – отрезал дед. – Ты, Меченосец, на Мироздание работаешь не хуже самых страшных чудовищ, убивая тех, кто Равновесие нарушает. Тебе только кажется, что ты добро творишь, а на самом деле не особо отличаешься от того же Горюна или болотной нежити.

Краем глаза я заметил, как в портале, ведущем в Центральный мир, вдали, в небе над Вичтаном, наметилась медленно приближающаяся точка, которая в считаные мгновения превратилась в крылатую тварь, летевшую к воротам с существенной скоростью.

Аспид.

Огнедышащая тварь, по сути дракон, которого в этом мире называют Горюном. Думаю, пройдет совсем немного времени, и из порталов вновь поналезут лешие, живые мертвецы-псионики, плотоядные вещие птицы и прочая пакость.

– Три желания, говоришь? – сказал я. – Ладно, будь по-твоему. Желаю, чтоб все стационарные порталы в другие миры на Руси навсегда закрылись. А еще хочу, чтоб Алатырь-камень в землю ушел.