– Граждане бандиты! Ваша банда полностью блокирована, оба выхода перекрыты. Так что предлагаю вам сдаться по-хорошему! – прорычал я голосом Глеба Жеглова.

Внутри кучи – тишина…

– Эх, жаль последнюю гранату, – с сожалением произнес я. – Но, видимо, придется…

– Не нада гранату! – глухо прозвучало из-под мусора. – Моя выходит, однако.

– Эт хорошо, – сказал я, снимая автомат с плеча. – Побежишь – пуля догонит.

Из-под мусора высунулась харя второго перевозчика, того, что доставил Сталка на этот берег. Морда у него была еще более корявая, чем у коллеги, фрагменты которого сейчас переваривались в желудке водяного монстра. Наверно, били по ней много и вдумчиво. Спинка носа сломана неоднократно, левая скула вдавлена внутрь, на челюсти – два глубоких шрама. Короче, или боксер, или хронический терпила. Судя по повадкам, скорее второе, чем первое.

– Змей ушла? – опасливо поинтересовался трупоед.

– Сам-то как думаешь? – ответил я фразой из бородатого анекдота.

Перевозчик окинул меня подозрительным взглядом:

– А ты, тудым-сюдым, живой?

– Слушай, умник, – сказал я, качнув стволом автомата. – Вопросы здесь задаю я. И вот тебе первый – как догнать твоего клиента?

– Я немножко видел, но глазам не верю, однако. Ты неподвижно сидел и на змей смотрел, – продолжил трупоед, словно не слыша меня. – Мой увидел это, испугался, на дно норы забился, глаза закрывал.

Он вылез из норы полностью и сейчас заметно трясся, несмотря на обилие разноцветных лохмотьев, напяленных на его тело. Глаза мутанта медленно расширялись от ужаса.

– Такой много лет никто сделать не может. Такой только камай-нанги сделать может…

…Не знаю, что там может чувак с двойным именем, но, по-моему, водяное чудовище было просто подслеповатым и реагировало только на движение. Что меня и спасло. Но перевозчику этого точно не объяснить. У него имелась на этот счет своя теория, от которой он решительно не собирался отказываться.

– Есть старый легенда о том, что из мира Смерти придет камай-нанги, Черный Стрелок, – бормотал он, глядя на меня круглыми, немигающими глазами. – Камайнанги взглядом победит водяной змей, сгонит тучи с неба и вернет Старый время. Ты, однако, пришел из мир Смерти? Скажи? Ты же не из этот мир?!!

Вопрос в глазах трупоеда был со многими восклицательными знаками. Еще немного – и он бросится вытрясать из меня правду, не обращая внимания на мой автомат.

Я покачал головой:

– Нет. Я не из этого мира.

Перевозчик рухнул на колени, глядя на меня глазами огромными и преданными, как у кота из мультфильма «Шрек».

– Камай-нанги… – прошептал он. После чего резко и, наверно, больно долбанулся выпуклым лбом об землю.

Вот ведь, блин… Что-то мне стало немного не по себе. Наверно, так себя чувствовали испанцы Колумба, когда впервые высадились на Багамах. Типа, белые боги и всё такое… Не особо приятное ощущение, кстати, для тех, кто не страдает манией величия… Но в то же время тема полезная, если распорядиться ею с умом.

– Ты прав, – медленно кивнул я. – Я пришел из иного мира для того, чтобы наказать виновных и наградить тех, кто поможет мне избавить этот мир от зла. Готов ли ты к подвигам во имя справедливости?

Вместо ответа перевозчик снова крепко приложился черепом об землю. Еще немного – и он точно сотрясение получит. Как говорится, заставь трупоеда камай-нанги молиться, он и лоб расшибет.

– Так, хорош молиться, подъем, – скомандовал я.