Я бросил взгляд на пленника. Нормально. Стоит, дышит, лицо не синее, значит, не сильно его бандиты придушили. Конечно, по меркам Большой земли следовало, наверное, его освободить, а потом уж заняться экипировкой, но тут – Зона. Был бы связанный моим другом или хотя бы хорошим знакомым, тогда одно дело. Но я его первый раз видел. Стало быть, дело совсем другое.

Поэтому я сначала полностью раздел мертвых бандитов, порадовавшись тому, что у них и под куртками все в порядке – тактические рубашки со множеством карманов, штатовское термобелье, толстые импортные носки с усиленными носками и пятками…

В общем, переоделся я целиком, выбирая то, что меньше всего запачкано кровью, после чего придирчиво выбрал один автомат из трех. Потом проверил магазины с патронами, на пояс подвесил кобуру с пистолетом Макарова и очень, на мой взгляд, годный российский кинжал «Шайтан» – в меру тяжелый, маневренный, похожий на короткий меч, которым крайне удобно орудовать как на средней, так и на короткой дистанции.

Запасов с собой бандиты почти не взяли, только фляги с водой и калорийные белковые батончики, каждый из которых в Зоне стоил как две банки тушенки. Батончики те я, само собой, выгреб все, бросив подаренный теткой мешок с увесистым продуктовым запасом. При наличии такой подпитки, легкой и калорийной, лучше побольше полных магазинов распихать по карманам штанов и куртки, специально для этого предназначенным, чем таскать на себе лишний груз.

Экипировавшись таким образом, я в довершение всего натянул на лицо трофейную балаклаву, и, подойдя к пленнику, перерезал «Шайтаном» веревку на шее и путы, стягивающие руки и ноги.

– Оставшийся шмот и оружие можешь взять себе, – сказал я парню, с гримасой боли растирающему запястья. – Не благодари.

И пошел своей дорогой к затону.

Можно было, конечно, не строить из себя благодетеля и загнать лишний хабар какому-нибудь торговцу, но барыга из меня так себе, так что если нет талантов к этому делу, то нечего и связываться.

Да, разумеется, сейчас я сделал совершенно незнакомому парню два королевских подарка – жизнь и полное снаряжение. При том, что жизнь в Зоне не стоит ничего, в отличие от годного шмота и оружия, за второй презент он должен был быть мне крайне благодарен. В один комплект оденется, другой продаст. Эх, кто б мне хоть раз в жизни такой подарок отвалил, когда я оказывался в подобном положении?

И тут я затылком почувствовал неприятную щекотку. Такое случается лишь в одном случае – когда кто-то выстраивает линию выстрела между стволом и моей тушкой. Проще говоря, целится. Вот ведь, блин…

Я резко развернулся, уходя в положение для стрельбы с колена, но все же пуля рванула капюшон куртки, сбив его с моей головы. Да, это стрелял тот висельник, которого я только что освободил. Даже не одевшись, схватил автомат и шмальнул мне в затылок. Грустно…

Я нажал на спуск, и парень, выронив автомат, грохнулся спиной в лужу кровищи, что натекла из головы ближайшего бандита. По идее, можно было уходить, но мне стало интересно.

Поднявшись с колена, я подошел к тому, кого только что спас от неминуемой смерти.

Он лежал и равнодушно смотрел на меня, как баран, к которому фермер направляется с ножом, готовясь перерезать горло. Пуля попала в печень, а это значило, что умирать парню придется долго и мучительно. В Зоне госпиталей нет, а без него висельнику точно кранты.

– Зачем? – спросил я.

Раненый хмыкнул.

– Потому что мог.

– Хороший ответ, – кивнул я.