И тогда я побежал!

И сразу ощутил резь в легких – невидимые ремонтники пока еще не закончили свою работу. Что неплохо, хоть и погано по ощущениям. По крайней мере, есть надежда добраться до края плато, не взорвавшись, как переполненный гелием воздушный шарик.

А за рощей изуродованных деревьев впереди уже были видны девятиэтажки Припяти. И между ними маячили слишком хорошо знакомые мне мачты освещения стадиона «Авангард» – самой крупной тренировочной базы группировки «Борг».

* * *

Последние могилы, отмеченные знаками радиационной опасности, остались позади. А это значило, что я благополучно выбрался с Песчаного плато. Практически нереальная задача для обычного человека, но, как оказалось, вполне посильная для того, кого послала куда подальше сама Смерть.

Здесь не было патрулей «Борга». И понятно почему. Какой смысл ставить людей на пост там, где не пройдет ни человек, ни даже мутант? Песчаное плато защищало Припять с этой стороны лучше пулеметной роты. К тому же остаточный фон радиационного могильника тут был еще довольно высок, и наверняка генерал Грачев решил, что ни к чему подвергать караул опасности подхватить лучевую болезнь там, где вполне можно обойтись без этого.

Потому я беспрепятственно дошел до линии девятиэтажек, которые выглядели, как будто их только вчера пустили в эксплуатацию. Бывает такое на зараженных землях, особенно вблизи участков с повышенным радиационным фоном. Не стареют там здания, словно сама Зона их бережет…

И тут меня заметили.

Пуля со смачным чавканьем ударила в землю возле моих ног. Ясно, дополнительные разъяснения не требуются. Пришлось подождать минут десять, пока ко мне, выйдя из-за девятиэтажки, направились трое боргов, ненавязчиво, от бедра держа меня на прицелах своих автоматов.

– Че надо? – глухо спросил старший с погонами капитана.

Одеты они все были по местной моде – в недешевые бронекостюмы, напоминающие мотоциклетные, с красными вставками на груди, только у старшего на башке был шлем с непрозрачным стеклом. Дорогая штука, которая, как утверждает реклама производителя, держит пулю СВД, выпущенную в упор. Правда, что после такого выстрела будет с шеей пользователя, та реклама скромно умалчивает.

– К генералу Грачеву надо, – в тон ему отозвался я.

– За каким хреном? – нелюбезно поинтересовался шлемоносец.

Хотелось мне в тон старшему патруля задать встречный вопрос на тему: так же хорошо, как морда, защищены его пах и колени от удара с ноги или возможны варианты?

Но не стал. Не только потому, что три автомата смотрели мне в живот. Просто ни к чему дополнительно портить и без того испорченные отношения с группировкой, которая может пригодиться.

– Сведения имею. Секретные. Важные для всей вашей группировки. Скажу только генералу.

И протянул вперед руки, сведя вместе запястья. Мол, согласен на связывание, выпендриваться не буду.

– Мартынюк, обыщи его, – бросил старший. Что ж, уже хорошо, красно-черным как нефиг делать пустить в расход того, кто им покажется подозрительным.

– И руки своди не вперед, а назад, – добавил старший. Тоже разумное требование. Когда они за спиной зафиксированы, освободиться намного сложнее.

Мартынюк к обыску отнесся ответственно. Стянул мне запястья за спиной пластиковыми наручниками и принялся обстоятельно ощупывать. Что мне быстро надоело.

– Слышь, воин, – сказал я. – Какого хрена ты меня как бабу лапаешь? Взаимности все равно не добьешься, меня женщины интересуют.

Уши здоровенного Мартынюка, выглядывающие из-за фильтрующей маски, мгновенно стали малиновыми. После чего моя шея с правой стороны взорвалась адской болью, как это бывает, если заехать по ней ребром ладони, запакованной в бронеперчатку.