Разозлившись, Брэм резко повернулся к ней лицом.

— Откуда ты знаешь, о чем мы говорили?

— Вы так кричите, что вас слышно даже за этой дверью. Я проявляю инициативу, потому что знаю, что вам нужна помощь. И я не представляю ни для кого из вас ценности. Нет, если вы, конечно, предпочитаете воспользоваться уловкой, на которую Матиас уже попадался… — она попыталась скрыть победную ухмылку, хотя держала их за яйца и они это понимали.

— Кейден, думаю, будет с тобой не согласен, — произнес Герцог из дальнего угла комнаты.

— Так как он до сих пор не счел нужным поцеловать меня, признать некоторые факты или произнести определенные слова… — мужчины едва не подавались от такого заявления. — Да. Я наслышана о ваших брачных ритуалах. Учитывая все выше перечисленное, если вы позволите мне помочь, мне самой решать участвовать в этом или нет.

В комнате воцарилось молчание.

— Она привела великолепные аргументы, — заметил Айс.

— Ты оказалась сообразительнее, чем многие знакомые мне мужчины, — добавил Тайнан.

— Да. Такой боевой дух в таком маленьком теле. Ты понимаешь, что если согласишься на это, рискуешь оказаться в могиле? — спросил Маррок.

«Он что, думает, что я дура?» — Конечно. Но вы тоже рискуете не меньше. Вы хотите остановить ужасное зло. Я тоже. У меня, может, нет горы мышц или магических способностей, которые присущи вам. Но мой ум не раз вытаскивал меня из переделок. Я могу быть полезнее, чем вы можете себе представить.

— Это не станет темой для одной из твоих статей, — возразил Брэм.

— На данный момент я просто хочу помочь. Остальное мы сможем обсудить позже.

— Но это не твоя битва, — заметил Брэм.

— Когда ублюдок причиняет боль моим друзьям, она становится моей.

Брэм в раздумьях начал постукивать носком своего ботинка по невероятно дорогому персидскому ковру. В конце концов, он взглянул на Герцога. Харстгров в ответ пожал плечами.

— Нам нужна женщина, которая принесёт Книгу. Но, если ты знаешь женщину, которая…

Судорожный отрицательный жест Брэма дал понять Сидни, что она победила. Налепив на лицо улыбку, журналистка невинно захлопала ресницами.

— Так каким будет ответ?

— А ты манипулятор, — вздохнул Брэм.

Его нога продолжала отбивать чечетку, что говорило Сидни о том, что он наконец-то пришел к верному умозаключению. Однако гордость просто не позволяла ему произнести нужные слова. Но Сидни решила не уступать и поэтому продолжала молчать.

Спустя некоторое время ему все же пришлось признать.

— Прекрасно. Но есть правила.

— В самом деле?

— Если ты хочешь остаться в живых, должна вести себя так, будто принесла ему Книгу потому, что когда ты проводила расследование для своих статей, согласилась с его основным кредо. А именно — темой равенства.

— Запросто. Скорей всего, только такая тактика позволит ей уйти невредимой.

— Ты пойдешь не одна.

Сидни поставила руку на бедро.

— Я тоже предпочла бы идти в компании. Но с кем я могу пойти, не вызвав при этом подозрений?

Минута размышлений закончилась прежде, чем все внимание в комнате было обращено на воина в кожаной куртке с весьма скверным поведением.

Шок ощетинился.

— Я здесь не для того, чтобы с ней нянчиться.

— Очень жаль, — Брэм был непреклонен. — Ты скажешь Матиасу, что вас познакомил Зейн. Ты убедил ее прийти и отдать Дневник. Скажи ему, что ты обещал ей защиту в обмен на Дневник и небольшое интервью.