— Сабэль по указанию Брэма.

— Уверен, ты не хотел возвращаться.

Словами невозможно было выразить, насколько он прав. Но если Кейден скажет об этом Лукану, собственное чувство вины съест его заживо. — Я в порядке.

— Я рад, что ты вернулся. Ты не мог быть по-настоящему счастлив в США. Ты так любил свой дом, когда был маленьким.

Любил дом? Кейден вспомнил эти чудесные летние деньки, предшествующие смерти Вестина. Это было так давно. Он даже не думал об этом времени, когда они носились по полям, играли в магических героев вместе с младшим братом и отцом и матерью, которая обещала, что в будущем он обязательно станет и сам таким.

Как все переменилось с тех пор.

— Теперь мой дом в Штатах.

— Значит, ты снова уедешь? — скривился Лукан.

После того, как убедится, что Лукан вернулся к нормальной жизни. После того, как он найдет способ защитить Сидни от нависшей над ней опасности.

— В конце концов.

Лукан вздохнул.

— Как вижу, ты превратился. Недавно?

Кейден кивнул.

— На прошлой неделе. Ужасный процесс.

Лукан снова сделал большой глоток.

— У тебя четкая подпись. Сильная магия. Ты ее уже использовал?

— Не особо, — Кейден опустил глаза в пол. Его брат выбрал для себя стезю магии, и Кейден сомневался, что тот поймет, почему он решил пойти другим путем. — Лучше бы я этого не делал. Магия не приносит ничего, кроме разрушения и страданий…

— И жизни, наполненной бесконечными возможностями. Ты не виновен в смерти Вестина. Или матери.

Кейден перевел на него полные слез глаза.

— Вестин бы никогда не умер. Я должен был взять его поиграть в другое место. Заклинание мамы…

— Несчастные случаи происходят в обоих мирах. Будь то человеческий или магический.

— Магия убила его… И забрала у тебя Анку. В этом нет твоей вины.

— Нет.

Опустив глаза на бутылку, Лукан ответил:

— Мне нести этот крест.

— Что? Не бери на себя вину Матиаса. Ты не мог быть сторожевым псом Анки. Ты сделал все, что мог, чтобы защитить…

— Этого было недостаточно. Матиас забрал ее и… Я её не спас.

— Чертова магия погрузила тебя в траур. Если бы не она…

— Даже если бы я не был в трауре, все равно был бы вне себя от беспокойства. Правда в том, что я облажался и не учел, что, когда я вступил в Братство Судного Дня, Матиас навесил ей мишень на спину. Теперь я пожинаю плоды.

Кейден хотел переубедить Лукана. Ведь он не мог знать наверняка. Но первое правило боя гласит: ожидай неожиданного.

— Я даже не догадывался, что такое может произойти, — продолжил Лукан. — Я не хочу отказываться от Анки. Тот факт, что она не приняла Клятву Шока, дает мне надежду. Но я чуть не убил её. Я не защитил ее, когда должен был. Как она сможет простить меня?

Несомненно, Лукан все еще ее любил. Глубокая печаль засела внутри Кейдена, хоть это происходило и не с ним.

— Мне жаль.

Лукан неуверенно пожал плечами.

— Кто снабжал меня энергией, пока я был без сознания?

— Мы наняли суррогатов. Ты помнишь?

— Я помню женщин, которые ужасно пахли. Я помню насколько был зол. Я не мог ничего видеть, мало что слышал, но обоняние было обострено. Затем я вспомнил женщину, запах которой был похож на Анку… поначалу. Последний раз, когда она пришла ко мне, я учуял Сабэль, — Лукан поморщился. — Скажи мне, что я не воспользовался сестрой моего лучшего друга.