– Ступай спать, Брайанна.

Ее отослали. Отправили в постель, как непослушное дитя. Ярость и стыд нахлынули на нее... но литль на миг.

Она воспитанная гражданка Акоры... с прекрасным образованием...

– Атрей...

– Меня... порой подводит выдержка, – с явной неохотой признался он. – Прошу меня простить. Тебе и вправду пора.

Ярость мгновенно забурлила. От жгучего стыда перехватило горло. Брайанна опешила, сконфузилась, переполнилась тревогой. Какой неожиданный поворот событий! Зачем в ее жизни появились эти осложнения – да еще в то время, когда она уже вплотную подошла к разгадке тайны своего «я»?

Если рассуждать здраво, между ней и ванаксом Акоры ничего не может быть. Но это еще ничего не значит...

Господи, а как он целуется!

– Спокойной ночи... Атрей.

Он кивнул не оборачиваясь. Бархатистым, неожиданно ласковым голосом он произнес:

– Приятных снов, Брайанна.

К изумлению Брайанны, ее сны и вправду были приятными, даже чересчур. И она проснулась, уверенная, что и разговор в библиотеке – тоже только сон. Этого просто не могло быть: ни ее смелости, ни самого разговора и уж тем более поцелуя.

Но томление не покидало ее, гнездилось в теле, резко контрастируя с возбуждением, которое выгнало ее из постели и привело к окну взглянуть на новый день.

Туман рассеялся. Мороз разрисовал оконные стекла, резкий зимний ветер раскачивал голые ветви деревьев в саду. Низко повисло хмурое, свинцово-серое небо, предвещая снегопад.

В спальне уже успела побывать расторопная горничная: в камине полыхало пламя, над кувшином с горячей водой вился пар. Мысленно поблагодарив служанку, Брайанна оделась. Она выбрала простое домашнее платье с завышенной талией, сшитое из бледно-желтой шерсти и вышитое по подолу мелкими цветочками. Этим платьем она бросила вызов серости дня. Распустив небрежно заплетенную на ночь косу, Брайанна торопливо расчесала волосы и перевязала их зеленой лентой под цвет туфель. Набросив на плечи кружевную шаль того же сочного оттенка зеленого, Брайанна вышла в коридор.

В доме было тихо. Где-то трудилась невидимая армия слуг, но ни на лестнице, ни в холле Брайанне не встретилось ни одной живой души. Только у двери стояли ако-ранские стражники. Они приветливо кивнули ей.

Только в гостиной Брайанна сообразила, что проспала дольше, чем рассчитывала. Всю жизнь она была ранней пташкой и потому поначалу решила, что ошиблась, взглянув на каминные часы. Неужели уже два часа дня? Она нерешительно потянула за шнур колокольчика.

Горничная Сара явилась на зов почти молниеносно.

– Добрый день, мисс.

Не сводя глаз с часов, Брайанна спросила:

– Неужели я столько проспала?

– Похоже, да, мисс, – добродушно кивнула Сара. – Леди Джоанна сначала волновалась, а потом решила, что вам полезно отдохнуть. Ее светлость просила передать вам, что они с принцессой Кассандрой уехали на Бонд-стрит за подарками к Рождеству. Если вам угодно, можете присоединиться к ним.

Несмотря на всю привязанность к подругам, от предложения Брайанна отказалась. Она предпочла бы посидеть с хорошей книгой в библиотеке у камина. Так она и сделала, но вместо того чтобы читать, задумалась об Атрее. И даже прослушала, что говорит ей Сара.

– Не хотите ли чаю? – повторила Сара, нахмурилась, оглядела Брайанну и добавила: – Или что-нибудь перекусить? Вам не помешает подкрепиться. Кухарка как раз решила опробовать новую сковороду для этих французских... как они называются? Блинчики? За название не поручусь, но на вкус они бесподобны. Хотите, принесу парочку? А садовник из Хоукфорта прислал оранжерейную землянику. Просто чудо, правда? В декабре – и вдруг земляника.

– Никакой земляники! – раздался от двери звучный голос.