Захару Ильичу надо было на что-то опереться, потому что ноги его стали ватными и непослушными.

Рыжов еще раз взглянул на прилавок.

Так и есть!

Там стоял пес в пять дюймов роста. Именно та собака, о которой антиквар читал в архиве, в фонде Фаберже — платиновый пудель с изумрудными глазами и золотым ошейником. Как и в том описании, милый курчавый пес сидел на маленькой зеленой лужайке из малахита.

Очевидно, что реакция антиквара насторожила рыжего гостя. Он стал чаще оглядываться и протянул руку, собираясь забрать своего бобика. Но Рыжов опередил! Он схватил статуэтку, поднес ее под лупу и развернул тем местом, где обычно ставили клеймо. И точно! У хвоста справа личный знак мастера, а слева — заветная печать с буковками «К.Ф.».

— Молодой человек, вы хотите это продать?

— Нет! Не продать, а только оценить, сколько это может стоить? И что лучше — продавать поштучно или всю псарню?

— Так у вас они все? Все десять?

— Не скажу! Я первый вас спросил. Я заплачу за оценку. Так сколько это стоит?

— Это бесценно! Это нельзя продавать! Только в музей! И только в наш, в российский музей!

— Хоть приблизительно — сколько это стоит? Если ее, скажем, на аукционе продать. В Париже или в Лондоне?

— Если в Париже, я думаю, что поодиночке — по два-три миллиона долларов за штуку. А если вся коллекция, то не меньше сорока миллионов.

На последней фразе посетитель перегнулся через прилавок, выхватил пуделя из руки антиквара и пробормотал что-то невнятное, похожее на «Большое спасибо! Рад был познакомиться».

После этого он рванул к двери и растворился в вечернем сумраке пустынных арбатских переулков.

У Рыжова не было сил бежать за ним. И не было явных причин задерживать покупателя.

За что? Человек принес показать свою драгоценную вещицу! Почему его надо держать и не пущать?

До сих пор ноги у Захара Ильича были мягкими, но они держали его в вертикальном положении. А в какой-то момент у него все подкосилось, и антиквар осел на пол.

Он думал, что потеряет сознание, но вскоре голова прояснилась, и в ней появились умные мысли.

Удивительно, но в сидячем положении лучше думается. Особенно, если ты примостился между прилавком и полкой с набором серебряной утвари…

Рыжову вспомнилась легенда о купце Степане Собакине, о его жене Фаине и о десяти собачках от Фаберже.

А еще антиквар подумал, что надо непременно позвонить Варваре Галактионовой.

Эту дальнюю родственницу Захар Ильич вспоминал очень часто. Он знал, что она может помочь в сложных случаях — при кражах, при наездах и при налетах.

Рыжов встречался с ней редко, но всегда помнил, что Варя, его троюродная племянница. Она работает в детективном агентстве с умным названием «Сова».

Сидя под прилавком, антиквар услышал, как скрипнула дверь. Послышались осторожные шаги. Кто-то входил в магазин.

Применив простую логику, Захар Ильич решил, что это вор, бандит или грабитель. А кто же еще? И потом, всем известно, что беда не приходит одна!

Рыжов протянул руку к нижней полке, мысленно извинился перед богом и схватил увесистый крест, тяжелый, как молоток. Потом он резко вскочил и замахнулся серебряным распятием на вошедшего! Перед ним стояла жена в плаще, наброшенном на домашний халатик.

Естественно, что глаза у Эммы Исааковны были круглые, огромные и испуганные.

— Захар, ты живой?

— Мне кажется, что да.

— Сейчас и мне так кажется, но теперь я думаю, что нас ограбили.

— Не выдумывай, Эмма! Откуда ты это взяла?

— Ой, Захар, не считай меня дурой! Конечно, ограбили. Иначе, зачем тебе махать крестом, как Буденный шашкой?

— Так это я для тебя, хотел сделать сюрприз.