Loading...
Загрузка...

Изменить размер шрифта - +
Гранди догнал приятеля.

– Неважный день для путешествий, Дор! – предупредил он. – Буря наделает бед. Дор сурово взглянул на тучу.

– Эй, ты, пустая голова, иди ополоснись! – крикнул он. – Ты не громонос, а пустобрех!

Ответом стал ливень желтоватых градин. Дор согнулся, как зомби, и спрятал лицо в ладонях.

– Будь умнее, Дор! – призвал Гранди. – Это просто безмозглые тучи, но они способны отомстить.

Дор послушался, хотя и неохотно.

– Поищем где укрыться, – предложил он. – Но домой не пойдем – там зомби.

– И чем он так покорил Милли? – поинтересовался Гранди.

– Я тоже спрашивал.

Закапал дождь. Друзья поторопились укрыться под зонтичным деревом, чей обширный прозрачный купол как раз раскрылся. Зонтичное дерево любило сухую почву, поэтому всячески защищало свои владения. Когда дождь заканчивался, оно складывало купол и подставлялось под солнечные лучи. Существовало и другое дерево: парасолька. Это, наоборот, пряталось от солнца и любило дождь. Если парасольке и зонтику выпадало несчастье взрасти поблизости друг от друга, неприятностям не было конца.

Под зонтиком уже кто‑то стоял – двое мальчишек постарше Дора, сыновья дворцовых стражников.

– Гляди! – крикнул один. – Не тот ли это болван, который умеет разговаривать со стульями?

– Поищи другое дерево, прохвост! – приказал второй мальчишка. У него были крутые плечи и выступающий подбородок.

– Эй ты, Лошадиная Челюсть! – прикрикнул на него Гранди. – Ты что, купил этот зонтик? Все имеют право под ним прятаться, когда гроза.

– Только не табуреточный болтун, фитюлька!

– Он волшебник! – возмутился Гранди. – Он умеет разговаривать с неодушевленными предметами. Это неповторимый дар! Ксанф не рождал еще такого волшебника!

– Угомонись, Гранди, – пробормотал Дор. Он боялся, что острый язычок голема доведет до беды.

– Ты смотри, вонючий малолетка задрал лапки! – загоготал Лошадиная Челюсть.

Вдруг раздался оглушительный звук, похожий на взрыв. Дор и Гранди так и подпрыгнули. Но сразу поняли: Лошадиная Челюсть развлекается.

Такой уж у него талант – делать бух. Негодные мальчишки схватились за животики.

Дор вышел из‑под зонтика... и наступил на змейку. Он отдернул ногу, но змейка мгновенно испарилась. Так пошутил приятель Лошадиной Челюсти – он умел, к несчастью, приколдовывать небольших неядовитых ползунов. Озорники прямо покатились со смеху.

Друзья отправились на поиски другого дерева. Их проводил взрыв смеха. Дор сдержал гнев. Такие шутки ему не нравились, но против старших мальчишек он был безоружен. Его отец Бинк, наделенный немалой физической силой, умел в случае чего дать отпор, но Дор пошел в мать – такой же худой и слабый. Как бы ему хотелось походить на отца!

Дождь хлестал вовсю. Мальчик и голем промокли до нитки.

– С какой стати это терпеть? – проворчал Гранди. – Ты ведь волшебник!

– Я просто умею разговаривать с предметами, – ответил Дор. – Мальчишки это не ценят.

– Оценили бы! – крикнул Гранди, хлюпая ножками по все увеличивающимся лужам. Дор рассеянно наклонился и поднял голема. – Мог бы расспросить их одежду, выведать все секреты, запугать.

– Нет!

– Ты ужасно честный, Дор, – с сожалением произнес Гранди. – Кто хочет властвовать, должен идти напролом. Если бы Бинк шел напролом, он бы сейчас правил Ксанфом.

– Он не хотел королевской власти!

– Здесь дело не в нехотении.

Быстрый переход
Мы в Instagram