Loading...
Загрузка...

Изменить размер шрифта - +
..

– Будь ты кем угодно, короны тебе не видать. Только великий талант имеет на это право.

– У меня есть талант! – вспыхнула Айрин.

– Шевельнешь зеленочным пальчиком – и капусточка готова! А запах!

– Я владею волшебной силой! – гневно крикнула девочка. – Я могу выращивать растения. Мгновенно. Крепкие, большие растения.

Дор стоял в стороне, но чувство справедливости все‑таки заставило его вмешаться.

– Вполне достойный талант, – сказал он.

– А ты не суйся, Дододор! – отрезала она. – Что ты в этом смыслишь?

– Ничего не смыслю, – развел руками Дор. И зачем он полез в спор?.. – Над зернышками я не властен.

– Вырастешь и будешь властен, – пробормотал голем.

– Почему Дододора называют волшебником, а меня дразнят...

– ...негодной девчонкой, – завершил Гранди.

Айрин разразилась слезами. Она была хорошенькая, с зелеными глазами и зеленоватыми, в знак таланта, волосами, а пальцы у нее самого обычного цвета. Девочке в одиннадцать лет можно и поплакать, если хочется, но Дора ее слезы огорчили. Он не хотел с ней ссориться, но как‑то не получалось.

– Ненавижу тебя! – выкрикнула девочка.

– Но почему? – спросил Дор, действительно ничего не понимая.

– Потому что ты будешь к‑королем! И если я захочу стать к‑королевой, должна буду... буду...

– ...стать его женой, – снова помог Гранди. – Ну научись же в конце концов договаривать собственные фразы!

Девочка всхлипнула и дико повела глазами вокруг. Она заметила какое‑то хиленькое растение, росшее на краю беседки.

– Расти! – изо всех сил крикнула Айрин.

И оно послушалось. Растение – а это был молотильник тенелюбивый – обладало маленькими боксерскими перчаточками, укрепленными на упругих стеблях. Перчаточки сжались и замолотили по воздуху. Молотильник рос на глазах. Перчатки достигли размера человеческого кулака. Беседку наполняли смутные тени. Удары молотильника сыпались направо и налево. Дор на всякий случай отошел в сторонку.

Привлеченные его движением и четкой тенью, перчатки устремились следом. Они уже превзошли величиной кулак, а их стебли стали толщиной с запястье. Кулаков было двенадцать. Одни воевали, другие собирались с силами. Тем самым они поддерживали растение в равновесии. Айрин наблюдала со злорадной улыбкой.

– Как же меня угораздило вмешаться? – сердито спросил Дор. Ему не хотелось выходить из беседки. Непогода разыгралась, желтые струи падали с крыши. Грохотало ужасно. Дождь и град – оглушительное сочетание! Нет ли поблизости призраков‑шквальней? Им такая неразбериха как раз по душе!

– Не знаю, как угораздило, – ответила беседка. – Но однажды я подслушала разговор. Королева и какой‑то призрак укрылись здесь от дождя. И королева сказала, что Бинк вечно ее огорчал, а теперь сын Бинка огорчает ее дочь. Если бы не король Трент, сказала тогда Ирис, она бы им показала.

– Но чем же я перед ними провинился? – недоуменно спросил Дор.

– Ты же настоящий волшебник, – объяснил Гранди. – Вот они и завидуют.

Перчатки тем временем оттеснили Дора к самому краю беседки.

– Как же быть?

– Надо, чтобы стало светлее, – подсказала беседка. – Молотильник не переносит света.

– Нет у меня света!

Перчатка угодила ему в грудь, он отшатнулся и попал под струю воды. Не покроется ли он от желтого дождя желтыми полосками?

– Тогда беги, – посоветовала беседка.

Быстрый переход
Мы в Instagram