— Прекрасный дом, мистер Давер, — сказал он.

— Вам нравится? Я так и думал! — с энтузиазмом воскликнул радушный хозяин. — Да, замечательный дом. Вам, возможно, покажется странным, что я использую его под пансионат, но, надеюсь, наша милая мисс Белман объяснила вам, что это мое хобби. Мне не нравится, что на приобретение друзей надо затрачивать усилия. Я живу по-иному: могу позволить себе выбирать постояльцев.

Мистер Ридер рассеянно смотрел на лестничную площадку.

— У вас был когда-нибудь постоялец по фамилии Холден? — спросил он.

Мистер Давер покачал головой.

— Или Веллингтон? Это мои друзья, они могли быть в этих краях лет восемь тому назад.

— Нет, — быстро сказал мистер Давер, — у меня отличная память на фамилии. Можете проверить книги регистрации постояльцев за последние двенадцать лет. У них был какой-то повод для приезда сюда под чужими фамилиями? Вижу, что нет.

В это время дверь в дальнем конце коридора приоткрылась и тут же закрылась. Мистер Ридер, который ничего не пропускал, успел кое-что увидеть.

— Чья это комната? — спросил он. Мистер Давер был искренне озадачен.

— Это, — нервно откашлялся он, — мой номер. Вы видели миссис Бертон, мою экономку, спокойную, почтенную женщину, которой не очень повезло в жизни.

— Да, жизнь полна печали, — банально заметил мистер Ридер, и мистер Давер согласился с ним.

У Ридера было прекрасное зрение, и он, еще не зная экономки, был уверен, что замеченное им симпатичное лицо никак не могло принадлежать почтенной женщине, которой не повезло в жизни. Медленно переодеваясь к ужину, следователь размышлял, почему мисс Ольга Крю не хотела, чтобы ее видели в номере Давера. Естественное и уместное чувство скромности, несомненно. В женщинах мистер Ридер превыше всего ценил скромность.

Он завязывал галстук, когда Давер, вероятно, решивший лично ухаживать за гостем, постучал в дверь и попросил разрешения войти. Он был взволнован и держал в руке газетные вырезки.

— Вы упомянули двоих джентльменов, Холдена и Веллингтона, — сказал он. — Фамилии мне о чем-то напомнили. У меня появилось чувство, что я не знаю их, но знаю о них, вы меня понимаете? И я вспомнил, — я встречал их фамилии в газетах. — И он помахал вырезками.

Мистер Ридер продолжал завязывать галстук перед зеркалом.

— В этих вырезках? — механически спросил он.

— Как вам, возможно, известно, мистер Ридер, я являюсь скромным учеником Ломброзо и других великих криминологов, превративших изучение ненормальностей в науку. Мисс Белман случайно направила мои мысли на организацию Флака, за последние день-два я раскопал несколько подробностей об этих злоумышленниках. Называются фамилии Холдена и Веллингтона. Эти два детектива отправились на поиски Флака и пропали. Теперь я четко припоминаю подробности их исчезновения. Пропал еще один джентльмен.

Мистер Ридер кивнул.

— А, вы помните! — торжествующе воскликнул мистер Давер. — Конечно же. Адвокат Бигерхорп был вызван кем-то из конторы, и после этого его никто не видел. Могу добавить, — с намеком на юмор добавил он, — что мистер Бигерхорп никогда здесь не проживал. И зачем ему было приезжать сюда, мистер Ридер?

— Не представляю, — спокойно ответил Ридер. — Бигерхорп? Я забыл про него.