Но с ним?

Мне захотелось вернуть его в мир живых, показать ему все, чего он лишился, оставшись здесь в полном одиночестве на этой неприветливой горе. Мне хотелось... Да, да, это определенно были последствия сотрясения мозга.

— В этом ящике лежит открывалка для консервов.

— Что? — Я покраснела как рак.

— Суп, — напомнил он, нахмурившись.

— О. О да, хорошо... если ты не будешь есть, то я тоже не хочу. — Я краем глаза взглянула на него. Пока я пялилась на него, не выдали ли я своего тяготения к нему? Я провела по губам, не пускала ли слюни от своих фантазий. Нет, все хорошо, но на самом деле, хорошо было то, что я сидела под одеялами, потому что мои соски стали достаточно твердыми, и даже могли выпирать через куртку. Мне даже было больно.

— Прекрасно. Я поем с тобой, — выдал он, безропотно вздохнув.

Сбросив одеяла на пол, я обратила внимание, что Кейд наблюдал за мной. Я поправила волосы, подумав, считает ли он меня привлекательной? Многие считали, но мне хотелось, чтобы он считал меня более чем привлекательной. Я желала, чтобы он почувствовал непреодолимое желание заняться со мной сексом. Чтобы он испытывал тоже безумное желание, что и пробудил во мне. Я сняла ботинки у двери и повесила куртку рядом с его. Затем оправила большой толстый свитер на бедрах и подтянула леггинсы, он продолжал смотреть на меня. Я ничего не могла поделать, но все мои движения были специально замедленными и сексуальными.

— Я приготовлю суп, — коротко заявил он.

— Хорошо, давай я помогу.

— Я сказал, я приготовлю.

Неловкое молчание повисло между нами. Я не знала, куда себя деть, негде было скрыться в однокомнатной хижине, кроме как залезть по лестнице на уровень выше. И с того места, где я стояла, заметила, что там умещался только матрас и больше ничего. И если ночью вдруг скатиться из постели, то можно грохнуться прямо на пол первого этажа.

6.

Катрина

Я смотрела, как он открывает банки с томатным супом Campbell и выливает их в кастрюлю с почерневшим дном. К тому времени, как теплый знакомый запах заполнил маленькое помещение, я не могла больше молчать.

— Мне кажется, что я так и не поблагодарила тебя. За то, что вытащил меня из машины.

Он стоял ко мне спиной, выливая суп в две эмалированные миски, молчал.

Я сделала глубокий вдох, можно с таким же успехом попробовать выжать воду из камня.

— Итак, спасибо тебе. Скорее всего, я бы замерзла там в лесу.

— Вот. — Он протянул мне миску и кусок черствого хлеба и сел на стул. Я оглянулась в поисках другого стула.

— Я не привык принимать гостей, — сказал он. — Хочешь присесть сюда?

— Нет, нет, все нормально. Я сяду на пол.

Он хмыкнул и все свое внимание сосредоточил на еде.

— Поэтому ты предпочитаешь находиться здесь?

— Да.

— К тебе когда-нибудь кто-нибудь приходил? Старые приятели, друзья?

— Нет.

— Никто? Даже семья?

Он опять ничего не ответил.

— У тебя есть родственники? — Поинтересовалась я, макая черствый хлеб в суп.

Он не ответил, но посмотрел на меня. Тогда-то я и заметила, насколько необычными были его глаза — цвета лесного ореха с золотыми вкраплениями. Он поставил пустую миску на стол и уставился на меня.

— Разве ты не знаешь, что невежливо быть настолько любопытной?

Я проглотила еду.

— Хорошо, извини. А ты не знаешь, что это тоже невежливо, когда твой гость чувствует себя нежеланным?

— Ты не мой гость.

Он был прав. Меня не приглашали сюда, но все равно его слова задевали.