— Кто ходит на банкеты с таким лицом? — упрекнула Дейдра. — Что с тобой, Мадлен?

— Ничего. Просто устала после Нью-Йорка и всего прочего.

Дейдра ласково улыбнулась.

— Завтра отоспишься. Взбодрись-ка!

Мадлен моментально преобразилась. Одарив Дейдру одной из самых своих очаровательных улыбок и обозвав наседкой, она взяла ее под руку.

Внутри шатра кутили фоторепортеры. Полураздетые блондинки крутились вокруг Энрико Таралло, в третий раз в этом сезоне добившегося успеха на своем «феррари». Потягивая шампанское, Мадлен наблюдала за этими безмозглыми девчонками со сверкающими как клавиши зубами и почти обнаженными грудями. Таралло выглядел смущенным и, казалось, был готов на все, лишь бы отвязаться от этих охотниц за знаменитостями. Мадлен усмехнулась про себя: захоти она, он бы сейчас был у ее ног. Однако Чарльз Ансти-Смайт, редактор газеты и большой друг Дейдры, поспешил пригласить ее в свою компанию. Там суетился Дарио с фотокамерой наготове. Мадлен с отвращением покосилась на других манекенщиц. Те злобно перешептывались: она опять перешла им дорогу.

— Меня будут снимать с Энрико Таралло? — шепотом спросила она Роя, сражавшегося с бутылкой шампанского.

— Мы посовещались и решили, что не стоит. Английской команде не очень-то везло; будет лучше, если ты поддержишь моральный дух соотечественников, а не разделишь триумф их соперников.

Пробка выстрелила; из горлышка вырвалась шипучая струя. Кто-то облапил Мадлен сзади.

— Потанцуем, секс-бомбочка?

Она не знала этого человека, однако сбросила туфли и начала извиваться в твисте. Рой передавал ей один бокал за другим. Ее окружали мужчины. Шампанское ударило Мадлен в голову, и она чуть не начала раздеваться, но вспомнила запрет Пола: никакого стриптиза в его отсутствие! Поэтому она ограничилась тем, что потерлась о своего партнера и начала медленно пятиться назад; отовсюду к ней тянулись алчные мужские руки.

Близилась ночь. Дарио и остальные фотографы разъехались. Энергия Мадлен начала выдыхаться. Дейдра заметила это и заставила ее сесть.

— Тебе весело?

— О да! Жаль только, нет Пола и Шамиры. Где сейчас Шамира?

— У себя дома, в Лос-Анджелесе.

— Правда? Когда она уехала? И мне не сказала!

— Она говорила — во время съемки для «Фэр Плей», — но ты не слушала. У тебя есть ее телефон?

— Где-то записан. Долго она там пробудет?

— Несколько недель. Подвернулась работа.

Дейдру кто-то окликнул. Мадлен зевнула и оглянулась по сторонам.

К ее большому удовлетворению, мужчины все еще поглядывали на нее, даже танцуя с другими женщинами. Она заметила в дальнем углу Энрико Таралло с какой-то невзрачной женщиной. Мадлен долго сверлила чемпиона взглядом, но он так и не оглянулся.

— Это его жена, — сказала Дейдра.

На лице Мадлен отразилось крайнее изумление.

— Ты сейчас задаешь себе тот же вопрос, который задавал весь мир, когда они поженились. Кажется, они еще в детстве полюбили друг друга.

— Она же уродина!

Дейдра помрачнела.

— Это жестоко, Мадлен. Чтобы я больше не слышала таких замечаний, особенно на людях! — Дейдра немного помолчала и добавила: — Пора учиться скромности, Мадлен.