— Ты можешь определить, были ли данные удалены перед заражением?

— Это сложнее, но мы, безусловно, можем попытаться.

— А как насчет восстановления данных? Можно в нем покопаться и узнать, что за данные в нем были до заражения?

— Еще сложнее.

— Но они там! Ведь данные сохраняются, что бы ни случилось. Мне Финн говорил.

— Нет, это не совсем так. Видишь ли, есть такая группа компьютерных террористов, они называют себя «Бригадой Судного дня».

— Я знаю, кто они такие. Хакеры, жаждущие славы. Они проникают в сети и загружают их всяким дерьмом. Мозги у них есть, хотя и больные, а главное, имеется щедрая финансовая поддержка.

— Они не просто жаждут славы, — поправил ее Рорк. — У них на счету несколько настоящих терактов. Они исказили данные авиадиспетчерской службы, и в результате потерпели крушение три частных самолета. Они отключили сигнализацию в Лувре и «позаимствовали» из музея кое-какие произведения искусства, а другие злостно повредили. Кроме того, они убили в Праге двадцать шесть сотрудников исследовательской лаборатории: проникли в систему жизнеобеспечения, отключили подачу воздуха и заблокировали все выходы.

— Я же говорила, у них больные мозги! Я знаю, что они опасны, Рорк. Но какое отношение все это имеет к испекшемуся компьютеру в художественной мастерской убитого скульптора?

— Несколько последних лет «Бригада» трудилась над разработкой именно такого компьютерного «червя» — мощного и портативного. Их цель не в том, чтобы взламывать или искажать данные. Они стремятся к широкомасштабному уничтожению компьютерных сетей.

— И насколько широк их масштаб?

— Теоретически можно вставить диск в дисковод сетевого компьютера — даже если, речь идет о сети, снабженной мощными антивирусными программами, — и скачать оттуда весь банк данных. А потом заразить все компьютеры, подключенные к данной сети. Компьютеры фирмы, административного здания, корпорации. Целой страны.

— Это невозможно! Даже защита среднего уровня засекает «жучки» и вирусы и отключает систему до проникновения инфекции. Вирус нельзя загрузить незаметно для охранной системы «Сторож». Ну, в домашний компьютер вроде этого, может, и возможно. Или в небольшие операционные сети. Но не больше.

— Я же сказал — теоретически. А в «Бригаде Судного дня» над этим проектом, по слухам, трудятся блестящие мозги. Разведка доносит, что «червяк» почти готов. И он может сработать.

— А ты откуда все это знаешь? Рорк невозмутимо пожал плечами:

— У меня есть связи. Так уж вышло, что «Рорк индастриз» получила секретный правительственный заказ на разработку программы, направленной на защиту от этой потенциальной угрозы и на ее уничтожение.

Ева присела на край кровати.

— Ты работаешь на правительство?! Наше?

— Если под словом «наше» ты имеешь в виду США, ответ утвердительный. Хотя, по правде говоря, программу финансирует целый конгломерат. США, Евросоюз, Россия, несколько других регионов. Контракт проходит под «Красным кодом». Наш исследовательский отдел работает над этим проектом.

— А Рива Юинг работает как раз в исследовательском отделе «Рорк индастриз»!

— Да, Ева, она там работает. Но это еще ничего не значит. Я упомянул «Красный код» — это высший уровень секретности.