— Я просто хочу нормально провести вечер за работой по распутыванию коварных планов ОБР и международных компьютерных террористов. Неужели я прошу слишком многого?

— Конечно, нет, но жизнь часто ломает наши планы. Хочешь, я тебе расскажу, как мы с Финн поработали в Квинсе?

— Черт! О, черт! — Ева вскинула руки и едва не угодила Рорку кулаком по подбородку. — Вот видишь? Эта передряга так выбила меня из колеи, что я даже забыла о своем расследовании! Где Финн?

— Остался в Квинсе. Наблюдает за конфискацией нескольких скульптур. На них наложен арест. Ты попала точно в цель со своей догадкой насчет «жучков».

«Видела бы ты, как ты на меня смотришь, — подумал Рорк. — Как будто пытаешься разглядеть, что творится у меня в голове, прочесть мои мысли, чтобы нам больше не пришлось об этом говорить. Что же нам с этим делать?» — с тоской спросил он себя.

— Мы обнаружили шесть скульптур — три в доме и три снаружи, — начиненных «жучками». — Рорк улыбнулся. Он сам чувствовал, что улыбка не согрела его глаз, но все-таки это была улыбка. — Весьма… оригинальная технология, насколько я могу судить. Любопытно будет распатронить одно из этих устройств на анализ, когда мы выковыряем их из металла.

— «Глаза» или «уши»?

— И то, и другое. По предварительной оценке, связь шла через спутник. Тот, кто смотрел и слушал, знает, что мы их нашли, тут двух мнений быть не может.

— Вот и хорошо. — Ева поднялась на ноги. — Если Биссел шпионил за своей женой для ОБР, они давно уже знают, что мы приняли меры. Между прочим, сегодня у меня была встреча с их заместителем директора.

— В самом деле?

Рорк задал этот вопрос таким тихим и грозным голосом, что у нее мурашки побежали по спине.

— Да. Так вот, если Биссел переметнулся и начал работать на другую сторону — хотя в этом деле я особой разницы между сторонами не вижу, — они скоро запаникуют. Ладно, я сама с этим разберусь, —. сказала Ева, на секунду отбросив притворство. — Это мое дело.

— А я и не спорю. Я не собираюсь тебе указывать, как разбираться с твоим делом, — осторожно ответил Рорк. — А ты можешь сказать то же самое о себе?

— Это не то же самое! Это… — Ева отшатнулась, словно только теперь заметила, что стоит на краю пропасти. — Знаешь, давай это пока отложим. Сосредоточимся на том, что есть.

— С радостью. А что у нас есть?

— Расследование. Нам надо подняться наверх и обменяться информацией.

— Хорошо. — Он коснулся ее лица, потом наклонился и нежно провел губами по ее губам. — Поднимемся наверх, поговорим об убийстве, потом посидим за ужином с друзьями. Тебя это устраивает?

— Да, меня это устраивает. — Сделав над собой усилие, она поцеловала его в ответ. Потом поднялась на ноги, устало разминая одеревеневшие плечи. —» Может, это хоть отвлечет меня от Трины с ее заплечным мешком.

Рорку отчаянно хотелось заставить ее улыбнуться. Он двумя пальцами провел по ее руке.

— Как ты думаешь, каков на вкус будет крем, которым Трина тебя намажет?

— Заткнись. Просто заткнись, и все.

— Вот это, я понимаю, жизнь! — сказал Макнаб, вдыхая полной грудью тропический воздух.

— У нас не жизнь, у нас работа.