— Он уплыл, — глухо ответила я.

— А куда?

— Не знаю. В море.

— Понятное дело, что не в пустыню. Сбежал, значит. Хоть бы там на его катер акула какая набросилась. Нельзя чтоб так, чтобы ему никакого наказания не было. Так не бывает.

— Поверь мне, он уже наказан. Еще как наказан. Я встала, полезла в карман, выгребла все свои доллары, отсчитала ровно на билет и протянула остальные Кате.

— Это что? — удивилась она.

— Доллары.

— Вижу, что не рубли.

— Я тебе обещала за снотворное сотку, но даю больше. Возьми, это твое.

— Не нужны мне твои баксы.

— Тебе не нужны, а твоему отцу на операцию нужны.

— Спасибо.

Катя взяла предложенные доллары и сунула их в карман. Я посмотрела на часы и глубоко вздохнула.

— Катя, я не могу ждать ни полиции, ни «скорой». У меня самолет. Уже идет регистрация. Мне было приятно с тобой познакомиться. Какой ужас, что все так вышло.

— А как же твой козел?

— Какой козел?

— Ну тот, который уплыл на катере. Вдруг он приплывет, а тебя нет.

— Мне это глубоко безразлично.

— Хотя по-своему ты права. Ему придется уже не с тобой общаться, а с полицией. В принципе он здесь ни при чем. Ведь не он же дом взорвал, а его хотели взорвать. Наверно, когда у него шок пройдет, он обязательно приплывет. Правда, ему уже будет негде остановиться, разве только в домике спасателя. Скорее всего его в отель поселят.

Я грустно улыбнулась и подумала о том, что Анатолий никогда уже не вернется, потому что оттуда не возвращаются.

— Если Лена появится, я ей тоже передам привет. Как она только вынесет, когда все узнает…

— Конечно, передай ей привет. — Я опустила глаза, постояла несколько секунд и посмотрела на оставшихся в живых девушек, которые тихо плакали и пытались хоть немного прийти в себя.

— Девчонки, держитесь. Я уезжаю. Карина, сейчас приедет «скорая». Обязательно выздоравливай. Я с тобой незнакома, но я уверена, что ты очень хорошая девушка.

Лежавшая на куче пепла перебинтованная девушка с трудом улыбнулась и глазами ответила мне, что все будет хорошо. Двое арабов из службы безопасности постарались меня остановить, на ломаном русском объясняя мне, что я должна дождаться полиции и дать показания, но остановить меня было невозможно.

Выйдя за ворота, я увидела машину своего гида Махмеда, который тут же выскочил из автомобиля и бросился мне навстречу.

— Маша, мне позвонили. Через пару минут здесь уже будет полиция и «скорая». Где Анатолий?

— Уплыл на катере.

— Куда?

— Понятия не имею. Он передо мной не отчитывается.

— А ты куда?

— В аэропорт. У меня уже регистрация заканчивается, а мне в любом случае улететь надо, несмотря на то, что у меня на руках даже билета нет.

— Я отвезу тебя в аэропорт и отправлю ближайшим рейсом. У меня там знакомые. Тебе самой не улететь.

Я недоверчиво посмотрела на Махмеда, но поняла, что выбора у меня нет, и села в машину.

Как только машина поехала в сторону аэропорта, Махмед закурил и заметно занервничал.

— У тебя вообще багажа нет? — спросил он.

— Какой багаж, все сгорело.

— Говорят, в Москве двадцать с лишним градусов мороза.

— Ну и пусть.

— И как же ты без шубы и зимних сапог?

— Как-нибудь доберусь.

— Тебя кто-нибудь встретит?

— Нет.