Я знаю одно, как завершится мой контракт (если к тому времени останусь в живых), то помашу управлению белым платочком. Нет, к платочку я приложу все силы, чтобы освободить от ярма Багиру. Хватит, мы достаточно смотрели в глаза Смерти и ходили под её косой. Везение не может быть вечным, когда-нибудь Безносая решит, что пора прекратить игру и приберёт нас к рукам. Я знаю, как это и, что это такое — холод и покой, пустота вокруг и бездна отчаянья… Кто-то видит свет, за которым его ждут, но я ничего не видел кроме безграничной тьмы и одиночества, Костлявая показала мне изнанку небытия. Наверно после госпиталя во мне поселился страх остаться одному. Я слишком боюсь потерять Сашу, родителей, своих девчонок и Боху с Тенью. Как никто другой я хорошо знаю, что танцы с демонами заканчиваются болью… Должна же быть у без башенного охотника какая-нибудь фобия?

— Бер, ты меня слышишь? — вопрос Любы выдернул меня из мысленного омута.

— Извини, задумался.

— Заметно, я хотела тебя спросить…

— Спрашивай.

— Не перебивай, — хмыкнула Люба, — я хотела тебя спросить…, только ответь честно, хорошо?

— Я уже начинаю бояться вопроса. Люба, ты меня пугаешь!

— Не ёрничай. Бер, Лёша, я серьёзно!

В груди неприятно защемило. Я начал догадываться из какой серии и о чём будет вопрос. Невозможно быть на солнце и не отбрасывать тени. Эх, тоска, не грызи бока… Кто, как не напарники могли лицезреть все несуразицы, связанные с их командиром. Рукопашные схватки с демонами добавили монеток в копилку ненормальностей и неприятных вопросов. Я говорил, что Люба не только красива, но и умна. Она умеет шевелить извилинами и пользоваться головой по прямому назначению, а не только есть в неё. А чего вы ждали, Алексей Николаевич? Пришло время вопросов, потрудитесь ответить на них или красиво соврать, так, чтобы вам поверили.

— Хорошо, уговорила, — сдался я, понимая, что отмолчаться не получится. — Постараюсь не врать.

Люба перевернулась на живот и, приподнявшись на локтях, впилась в мои глаза взглядом:

— Лёша…

— Да?

— Кто ты?

Вот и всё — причал, сушите вёсла, господа. Хотелось ответить, что я — Беров Алексей Николаевич, старший лейтенант, охотник, командир оперативного подразделения управления по борьбе с йома, голубоглазый блондин двадцати лет от роду. Ответ будет правдив. Ни слова лжи, только Люба имела в виду несколько иной подтекст. Как ответить? Какая же она всё-таки красивая, так и хочется утонуть в морской глади девичьих очей, требующих ответа. Тяжело вздохнув, я прижал сердечную зазнобу к себе.

— Я — человек! Человек! Родился, жил и, надеюсь, умру им.

— Прости…

— За что? Запомни, солнце моё, ты человек, пока сама считаешь себя человеком, никогда не отходи от данного правила! Люди превращаются в йома, когда они забывают о корнях, делающих их людьми. У каждого из нас есть якоря, удерживающие от превращения в бездушную тварь.

— Какие?

— Семья, любимые, сама жизнь.