— Видимо, поставил ультиматум своим кротам, — усмехнулся я, — Если они сольют в приват инфу о нас, то долой из клана. Думаю, так.

— Вполне может быть, охотник, магов огня по всему Патриаму завались, и место в клане они ценят, — кивнула орчиха, — Но все равно ты доверчивый балбес.

— И везучий… — прошептала Мираж рядом.

Потом начался интересный фарм мобов из ущелья. Мы сначала подождали, пока скроются последние мобы, выбежавшие после атаки хаоситов, и волны из Темной Расщелины, так сказать, «сбросятся». Эти мобы, перейдя некую границу, становились такими озверевшими, что даже наши два с половиной клана не справились бы.

В том и был смысл — не выпускать монстров за определенную границу, за которой они наливаются такой силой, что остается только бежать с поля боя одному или нескольким саппортам, пока остальные кидаются грудью на мега-амбразуру. Все равно все лягут, а так слинявшие потом подойдут и поднимут поле трупов.

— Как думаешь, это и вправду так, ну, за спиной у клан-лидера эти все проделали? — спросила меня Мираж.

— Ты про что?

— Пламя Хаоса, про Кхорна этого.

— Он казался довольно искренним, — я пожал плечами, — Хотя ты знаешь, я слишком доверчивый.

— Ну, когда ты оказываешься прав, из этого выходит эпическая хрень, — усмехнулась киндальщица.

— Смотри, охотник, ты заварил эту кашу, тебе и расхлебывать, — проворчала Сцилла, — Этот твой Кхорн от меня в привате не отстает…

— Э-э-э… — замялся я, — А чего он хочет-то?

— Да он всегда такой был, — отмахнулась Сцилла, — Какой клан сильнее, с теми и Пламя Хаоса.

— Значит, пока Аргентум сверху рейтинга, они друзья будут, а как вниз поедут, так все, адьёс, амигос? — с усмешкой спросил Винтик.

— Я тебе поеду вниз, гном! — возмутилась Сцилла, — А так ты прав, их дружба распространяется только на топовую треху.

— Лидер хаоситов что-то про Рагнарек обмолвился, — сказал я.

— Ага, ясно, — кивнула Сцилла, — Вон откуда ветер дует. А, впрочем, может, я слишком подозрительна.

Мы как раз, после получасовой битвы с волнами, заходили в Темную Расщелину. Сияние разъехалось, словно занавес, открыв пологую лестницу вдоль отвесной стены.

Внизу через портал мы попали в катакомбы, и началась зачистка корявых пещер, когда-то проточенных водой, а сейчас потрескавшихся от засухи. Их населяли бывшие морские обитатели, приспособившиеся к новой жизни и не очень. От моллюсков с огромными раковинами, стреляющими жемчугом как снарядами, до электрических скатов, научившихся летать.

Одного такого моллюска мы еле завалили. Он пристрелялся по узкому входу в очередную пещеру, и не давал войти в нее. Как только он отстреливал несколько жемчужных ядер, которые взрывались ранящей пылью, то закрывал бронированные створки. Его раковина выдерживала все наши атаки, плюс полный резист к магии — а когда он открыл их снова, полегла половина тех, кто успел забежать в комнату и пытался вскрыть моба

Кое-как мы расковыряли моба, когда от трупов танков он уже не смог закрыть створки. Фаерболы, залетевшие внутрь раковины, быстро сварили суп для гурманов.

А боссом в этом подземелье оказался древний огромный краб, только поднявшийся не на две ноги, а на четыре.

Тасманийский Крабоид, 80 уровень, король Темной Расщелины

— Офигеть! — вырвалось у меня, когда я посмотрел на эту махину.

— Шаманам с этой фигни классный браслет падает, — прошептал Винтик, — Шама потом может море мелких крабов вызывать, по-моему.