Таня почти весь день в комнате, привычно с наушниками в ушах. Меня это несильно удивляет, если даже моя жизнь настолько перешла в цифровой формат, что говорить о ней. Те, кто рождается и растет сейчас – вообще целиком уже в этом информационно сетевом пространстве. Они там учатся, общаются, знакомятся – одним словом живут.

С одной стороны, для меня это немного дико, с другой, наблюдать любопытно. Благодаря появлению всемирной паутины мир стал ощутимо меняться. Старые уклады изживают себя, отваливаются за ненадобностью. Школы, институты постепенно становятся эдакими пережитками прошлого, они больше не гарант успеха в будущем, как внушали нам.

Дети учатся в интернете, осваивают профессии, получают навыки, образование, ищут себя по интересам, которые лежат перед ними в безграничном доступе. И это действительно мощно, и очень интересно посмотреть, куда приведет.

Стук слышу около восьми вечера, сначала даже не понимаю, что это в нашу калитку так долбят. Отставив ноутбук на пол, вылезаю из биг бега, натягиваю сапоги и выхожу, накидывая на ходу куртку. За день опять намело по колено, ну и зима. Взяв лопату, прокладываю небольшую дорожку перед собой.

– Кто? – спрашиваю у калитки.

– Кирилл.

Выдыхаю, изо рта вырывается густой пар. Открываю калитку, закрывая собой проход.

– Зачем пришел?

– В гости. Соскучился, – мы смотрим друг на друга, он добавляет, кривя губы в улыбке. – По Тане.

Снова выдыхаю, развернувшись, иду в сторону дома с лопатой, Кирилл догоняет меня, тянет ее из рук. Я торможу, глядя с непониманием.

– Давай почищу снег, – говорит мне, – а то к утру опять засыпет, нужно расчистить пошире, чтобы была дорога.

– Не стоит.

Он усмехается, качая головой, отворачивается, я рассматриваю его профиль в желтом свете фонаря.

– Ну я понял, – Кирилл поворачивается ко мне. – Ты женщина самостоятельная. Независимая. Когда кошек заводить начнешь?

Я сверлю его взглядом, потом сую лопату в руки и иду к двери, слыша, как он смеется мне в спину. Стягиваю верхнюю одежду, смахиваю с волос снег. Все таки он жуткий хам! И вообще, что за стереотипы, что кошек заводят только старые девы и феминистки? Узко мыслит!

Быстро поднимаюсь наверх, Таня вынимает один наушник, глядя на меня вопросительно.

– Там твой Кирилл пришел, – говорю коротко.

– Да ладно? – она тут же вскакивает, приглаживая волосы. – Как я выгляжу, нормально?

– Отлично.

Сестра бежит вниз, я не спеша спускаюсь следом.

– И где он? – задает вопрос.

– Снег чистит на улице.

Она округляет глаза.

– Ты его запрягла? – переходит на шепот. – Ну ты чего, Ясь! Он что, чернорабочий какой то, ну?

Быстро проходит в сени и распахивает дверь.

– Кирилл, да забей на снег, пошли чай пить!

– Я почти закончил, Тань, – слышу его ответ, – сейчас подойду.

Она возвращается, ставит чайник, и выходит на порог комнаты.

– Какой он все таки классный, да? – спрашивает меня. Я только улыбаюсь, ничего не говоря.

– Это вы обо мне? – Кирилл появляется за ее спиной, Таня тут же краснеет. Он переводит взгляд с нее на меня. – Так что, Ясь, классный я?

На лице улыбка, а взгляд прожигает. Чего он прицепился то ко мне? Чем я ему так не понравилась?

– Для Тани безусловно, – отвечаю, усаживаясь на биг бег и притягивая ноутбук. – И для тебя я Ярослава.

– О, как все серьезно, – ерничает он. – Ну как скажете, Ярослава Андреевна, буду чтить вашу независимость.

– Пойдем чай пить, – Таня подталкивает его, Кирилл садится на уголок, и теперь его от меня скрывает стена.