– Черт возьми, ты должна мне помочь. Я не могу оставить ее.

– Нет.

Рэйф выругался про себя. Чертова упрямая баба. Ясное дело, если он не принадлежит ей, то не будет принадлежать и Кэтлин!

– А если я на коленях попрошу тебя?

Искорка удовольствия мелькнула в глазах Летнего Ветра и потом исчезла.

– Правда?

– Я должен это сделать?

– Ты слишком многого хочешь от меня, – заметила она, слегка покачав головой.

Рэйф нахмурился и жестом показал на свои многочисленные раны на теле.

– Я думаю, у меня есть такое право.

Чувство вины охватило Летний Ветер. Воз­можно, она была несправедлива. Все-таки Крадущийся Волк спас ее от этого ужасного челове­ка, Бича, и она знала, что Кэтлин – его жена. Крадущийся Волк никогда не лгал ей, никогда ничего не обещал. Сейчас было совсем нетрудно держать Кэтлин от него подальше, и все же…

– Ты действительно встанешь на колени и будешь меня умолять? – спросила она.

– А ты как думаешь?

– Я думаю, что мне это понравится.

– Я уверен, что понравится.

Летний Ветер посмотрела на него. Он был привлекательным мужчиной. На него было приятно смотреть даже сейчас, когда он весь был в синяках и кровоподтеках.

– Мне надо идти, – резко сказала она. – Я ничего не обещаю насчет твоей женщины.

– Понятно.

Он смотрел, как Летний Ветер исчезает из вида, гадая, увидит ли он когда-нибудь Кэтлин.

Кэтлин провела бессонную ночь. Страх за Рэйфа не давал ей спать. Тонкалла и его жена сладко похрапывали. Она думала, насколько опасны раны Рэйфа, нашел ли он кров на ночь, и насколько ему больно.

Но утром, когда она вышла из вигвама в предрассветные сумерки, ее подгонял страх за собственное будущее. Теперь Рэйф больше не сможет спасти ее. Она была предоставлена са­мой себе и больше ни дня не собиралась оста­ваться в жилище Тонкаллы.

Еще раньше Тонкалла настоял, чтобы она оделась, как женщина чеинн. Тогда она про­тивилась, но сейчас была благодарна ему за это. Одетая в накидку из оленьей кожи и в мокаси­ны, закутав голову в одеяло, чтобы спрятать светлые волосы, она покинула деревню и на­правилась к реке. Она двигалась осторожно, в любой момент ожидая, что Тонкалла схватит ее за руку или кто-нибудь из сторожей подни­мет тревогу, но ничего не случилось.

Когда Кэтлин дошла до реки, она поверну­ла на юг, следуя направлению, которым по­шел Рэйф, когда уходил из деревни. Он не мог уйти далеко, ведь он ранен. Если она пойдет достаточно быстро, то сможет, наверное, до­гнать его.

Проходили часы, небо светлело. Она бежа­ла, пока не закололо в боку, потом шла и сно­ва бежала, постоянно оглядываясь, чтобы по­смотреть, не гонятся ли за ней.

Утром Тонкалла спросил жену, где белая женщина.

– Она пошла за едой, – ответила Малень­кий Олень, зная, что это ложь.

Тонкалла что-то проворчал под нос и вре­менно забыл о Кэтлин, пока Маленький Олень накрывала завтрак. Позже, когда муж пошел навестить дядю, Маленький Олень старатель­но уничтожила у реки следы белой женщи­ны.

– Беги быстрее, – пробормотала Маленький Олень. – Беги быстрее и дальше и хорошо прячь­ся. Моему мужу хватит одной женщины.

Рэйф спал почти все утро. После полудня он пошел к роднику и своим неожиданным появлением испугал двух лошадей, отбивших­ся от табуна чеинн.

Подумав, Рэйф сел у воды и начал плести аркан из ползучих растений, что росли побли­зости.

Лошади, которых влекли к ручью жажда и любопытство, снова возвратились.