У нее пересохло во рту, когда Рэйф сошел на лошади в воду. Он пытался подогнать осо­бенно упрямых и отставших животных к про­тивоположному берегу.

Казалось, это продлится целую вечность, но в конце концов все стадо было благополучно переправлено. Рэйфу пришлось пересечь реку несколько раз, и сейчас он вернулся, чтобы помочь переправиться Кэтлин, пока Скотт и Нейт помогали Уэбу справиться с кухонным фургоном.

Кэтлин держала свою лошадь близко к Рэй­фу, пока они плыли. С Рэйфом не было страш­но. Он позаботится о ней.

Она уже было с облегчением вздохнула, ког­да треск ружей разорвал воздух, и посыпался дождь стрел. Стадо встревожилось и стало рас­сеиваться среди низких прерывистых холмов. Лошадь Кэтлин испугалась, потеряла опору и поплыла вниз по течению.

Рэйф ругался на чем свет стоит. Он пред­ставил все: скот бежит, сломя голову; неизвестно откуда появляются индейцы; ковбои быст­ро расчехляют ружья и начинают стрелять. Но у него не было времени беспокоиться ни о ком и ни о чем, кроме Кэтлин, он дернул поводья, намереваясь последовать за ней, когда стрела вонзилась в спину его коня. Конь погрузился в воду, потом опрокинулся на бок, вынуждая Рэйфа высвободиться из седла, в противном случае его унесли бы тысячи фунтов веса ра­неного животного.

Он бросил быстрый взгляд на берег. Не было видно никого, кроме Уэба, который нашел убе­жище за фургоном, и стрелял оттуда из вин­товки в сторону индейцев.

Пуля опасно просвистела над головой Рэй­фа, и он нырнул под воду, позволяя течению нести себя вслед за Кэтлин.

Он оставался под водой до тех пор, пока хватало воздуха. А когда вынырнул, обнару­жил, что оказался далеко внизу по течению. Рэйф вылез из воды и осмотрел внимательно оба берега. Он слышал далекие звуки пальбы и едва долетающие крики людей. Но здесь было тихо.

Он почувствовал, что волоски на его шее стали дыбом, когда вынул нож. Нагнувшись, он осмотрел землю под ногами, потом тихо выругался, когда увидел следы подкованной лошади, идущие от берега. Две другие лоша­ди, без подков, следовали за подкованной. Все три следа вели к деревьям, находящимся яр­дах в двадцати.

Сжав губы, Рэйф вспомнил, как лакота учили его идти по следу врага. Он снял мокрую рубашку, сапоги и промокшие носки и двинул­ся вперед, производя шума не больше, чем тучи, плывущие в небе. Все мысли о стаде и о ковбоях ранчо «Сэкл Си» были забыты. Он ду­мал только о Кэтлин.

Его глаза и уши напряженно улавливали любой знак или звук. Наконец, он остановил­ся, подняв голову и нюхая ветер, как волк, почуявший добычу.

Он шел по следу около сорока минут, когда услышал приглушенный женский крик, испол­ненный ужаса.

Холодная улыбка на губах Рэйфа сменилась дикой ухмылкой удовлетворения. Те, кого он преследовал, были недалеко. Через несколько ярдов он увидел их лошадей. Упав на землю, Рэйф пополз, точно змея, среди высокой травы.

Кэтлин яростно сопротивлялась двум индей­цам, пытавшимся прижать ее к земле. Страх прибавлял ей сил, но невозможно было бороть­ся против двух мужчин, охваченных похотью.

Слезы страха и отчаяния обожгли глаза Кэтлин, когда один из индейцев сдернул ее юбку до колен. Рот Кэтлин наполнился кровью, когда она прокусила чью-то коричневую ла­донь, и на мгновение она ощутила торжество. Индейский воин испустил крик боли.

Это была маленькая победа, но она ничего не изменила. Кэтлин слышала, как ей порва­ли юбку и сорочку, потом почувствовала дуно­вение холодного воздуха на своей обнаженной груди.