За всю поездку в метро они не перебросились и парой слов, сидя напротив друг друга. Слэм не уклонялся от взглядов Джека, но при этом лицо его оставалось абсолютно бесстрастным. Парень был одет как большинство молодых нью-йоркских афроамериканцев — в чересчур свободную одежду. Джек старался не думать, что Слэм прячет под своим балахоном. Ясно, что, отправив парня пасти Степлтона, Уоррен снабдил его соответствующим арсеналом.

Покинув подземку, они вышли на Первую авеню, и Джек стал подниматься по лестнице к подъезду управления. Слэм остался на тротуаре. Возникла неловкая пауза. Слэм топтался на месте, не зная, что делать дальше. Джек подумал было пригласить провожатого с собой и отправить его в буфет на втором этаже. Но это было немыслимо, и Степлтон, пожав плечами, вошел в здание, решив, что дело самого Слэма решать, чем заняться в течение дня.

Джек входил в здание управления, готовя себя к мысли, что сейчас столкнется с трупами людей, к смерти которых имел, может быть, самое непосредственное отношение.

Собрав все свое мужество, Джек толкнул входную дверь и вошел в вестибюль.

Хотя сегодня Джек был свободен от вскрытий, он решил первым делом узнать, кого доставили в морг в течение ночи. Джека интересовали не только Реджинальд и бродяги — хотелось выяснить, не было ли новых случаев менингококковой инфекции.

Не успев войти в ординаторскую, Степлтон понял, что случилось что-то из ряда вон выходящее. На привычном месте не было Винни с его неизменной газетой.

— Где Винни? — спросил Джек у Джорджа.

Не отрываясь от бумаг, Джордж ответил, что Винни в прозекторской с Бингхэмом.

У Джека учащенно забилось сердце. Чувствуя свою вину за происшествие вчерашней ночи, Джек решил, что Бингхэма вызвали вскрывать Реджинальда. Как руководителя, Бингхэма привлекали к практической работе только в самых интересных и важных случаях.

— Что, собственно говоря, Бингхэм делает здесь в такую рань? — поинтересовался Степлтон, стараясь скрыть свои эмоции.

— Сегодня была очень насыщенная ночь, — ответил Джордж. — Из Манхэттенского госпиталя доставили новую жертву инфекционного заболевания. Они подняли на ноги весь город. Эпидемиолог позвонил члену комиссии по здравоохранению, а она вызвала по телефону Бингхэма.

— Опять менингококк? — спросил Джек.

— Нет. Кажется, на этот раз вирусная пневмония. Джек почувствовал, как по спине пробежал холодок.

В первый момент он подумал о гантавирусе. В прошлом году ранней весной был один случай на Лонг-Айленде. Гантавирус — это довольно страшно, но вирус не отличается большой контагиозностью и от больного к другому человеку передается не при всяком контакте.

На столе Джорджа громоздилось небывало большое количество папок.

— Что еще интересного случилось ночью? — спросил Джек. Он порылся в папках в поисках имени Реджинальда на титульном листе.

— Не трогай их, — жалобно воскликнул Джордж, — они у меня разложены по порядку. — Он поднял голову и, взглянув налицо Джека, поперхнулся от неожиданности. — Что с тобой приключилось?

Степлтон совершенно забыл, что его лицо выглядит совсем непрезентабельно.

— Вчера вечером поскользнулся и упал, когда бегал по парку. — Джек не любил врать и решил сказать хотя бы часть правды.

— И во что же ты угодил? — спросил Джордж. — В моток колючей проволоки?

— Поступали вчера огнестрельные ранения? — спросил Джек, уклоняясь от неприятной темы.

— Ты не поверишь, — возмутился Джордж, — но их целых четыре. Жалко, что у тебя сегодня «бумажный» день, а то я и тебе бы что-нибудь дал.

— Кто такие? — спросил Джек, не отрывая взгляда от лежавших на столе папок.