— Есть и миокардит, — продолжал Бингхэм. Он показал Джеку сердце. — Когда видишь такое махровое воспаление, всегда надо подозревать, что оно очень распространенное.

— Наверное, штамм чрезвычайно вирулентен, — высказал предположение Джек.

— Это еще не все, — говорил между тем Бингхэм. — Больному было всего двадцать девять лет, первые симптомы появились вчера в восемнадцать часов, а в четыре утра он был уже мертв. Это напоминает мне труп, который я вскрывал, учась в резидентуре, во время пандемии пятьдесят седьмого — пятьдесят восьмого годов.

Винни вытаращил глаза. Бингхэм очень любил сравнивать каждый случай с теми, которые были у него за время его долгой карьеры.

— Тогда тоже была первичная гриппозная пневмония, — продолжал Бингхэм. — Легкие выглядели точно так же. При гистологическом исследовании, помню, мы были поражены масштабами воспаления. Некоторые штаммы гриппа заслуживают благоговейного к себе отношения.

— Этот случай меня очень тревожит, — признался Джек, — особенно в свете недавних вспышек.

— Не заноситесь, Степлтон, — предупредил подчиненного Бингхэм, вспомнив вчерашние комментарии Джека. — В этом случае нет ничего необычного — это не чума и даже не туляремия. Сейчас гриппозный сезон. Конечно, первичная гриппозная пневмония встречается редко, но иногда мы ее все же видим. Подобный случай был не далее как в прошлом месяце.

Джек внимательно слушал начальника, но слова Бингхэма не успокаивали. Лежавший перед ними на столе пациент умер от смертельной инфекции, которая способна распространяться от человека к человеку со скоростью лесного пожара. Единственным утешением было то, что в госпитале не наблюдалось больше ни одного подобного случая.

— Вы не возражаете, если я сделаю несколько смывов? — спросил Джек.

— Нет, черт возьми, — ответил Бингхэм. — Будьте моим гостем. Только поосторожней с этой заразой!

— Ну естественно.

Джек отнес легкие к раковине и с помощью Винни взял несколько смывов с бронхиол, оросив их стерильным физиологическим раствором. Поверхность контейнеров он стерилизовал эфиром.

Когда Джек закончил, Бингхэм поинтересовался, что он собирается делать с полученными пробами.

— Отнесу их Агнес, — ответил Джек. — Хочу знать, что это за подтип.

Бингхэм пожал плечами и посмотрел на Кальвина.

— А что, неплохая идея, — произнес тот.

Так Джек и поступил — отнес пробы в баклабораторию. Но у Агнес его ждало разочарование.

— Мы не имеем возможности типировать вирусы, — сказала она.

— А кто может? — спросил Джек.

— Лаборатория городская или штата, а может быть, даже только университетская. А лучше всего обратиться в Комитет по особо опасным инфекционным заболеваниям. У них там есть целая секция, которая занимается только гриппом. Будь я на вашем месте, я бы так и поступила.

Взяв у Агнес консервант, Джек поместил пробы туда и поднялся в свой кабинет. Усевшись на место, он позвонил в комитет, и его соединили с отделом гриппа. Джеку ответила обладательница очаровательного голоса, отрекомендовавшаяся как Николь Маркетт.

Джек объяснил ситуацию, и Николь выразила горячее желание помочь — их отдел будет просто счастлив типировать и субтипировать любую культуру вируса гриппа.

— Если я сумею доставить вам образцы сегодня, то когда будет известен результат? — спросил Джек.

— К сожалению, ответ не будет готов завтра, если вы рассчитываете на это.

— Но почему?! — нетерпеливо воскликнул Джек.

— Нет, в принципе это возможно, — сказала Николь.