Затем на первый план выступили боли в мышцах, к которым присоединились боли в животе, абдоминальная симптоматика заставила предположить наличие аппендицита, и в девятнадцать тридцать была произведена аппендэктомия. Однако во время операции выяснилось, что отросток не изменен. После операции состояние Лагенторпа продолжало прогрессивно ухудшаться, развивалась полиорганная недостаточность, прекратилось выделение мочи и резко снизилось артериальное давление. Больной перестал реагировать на проводимое лечение.

Читая записи Джейнис, Джек узнал, что больной предыдущую неделю провел на нефтяных приисках в Техасе — в изолированной пустынной местности, а подруга мистера Лагенторпа недавно приобрела бирманскую кошку. Никаких визитеров из экзотических местностей Лагенторп в последнее время не принимал.

— Ого! Такая рань, а вы уже здесь! — воскликнула с порога Лори Монтгомери.

Ход мыслей был прерван, и Джек отложил чтение. Лори прошла к своему столу и, сняв пальто, готовилась приступить к выполнению утренних обязанностей — распределять вскрытия среди патологоанатомов. Этим делом занимались все врачи управления в порядке очередности и терпеть не могли столь неблагодарную нагрузку. Сегодня Лори занималась этой пакостью в последний раз — ее черед заканчивался.

— У меня для вас плохие новости, — заявил Джек. Направившаяся было в диспетчерскую Лори резко остановилась и, помрачнев, обернулась.

Степлтон рассмеялся.

— Расслабьтесь. Все не так уж плохо. Я просто хотел сообщить, что вы должны мне четвертак.

— Вы серьезно? — спросила пораженная Лори. — У Сьюзен Хард оказалась туляремия?

— В лаборатории получили положительный результат теста с флюоресцирующими антителами, — ответил Джек. — Я считаю, что этого достаточно, чтобы считать диагноз достоверным.

— Хорошо, что я не поспорила на более крупную сумму, — рассмеялась Монтгомери. — Вы просто поражаете своими успехами на ниве диагностики инфекционных болезней. Скажите, в чем ваш секрет?

— Везение новичка, — небрежно отмахнулся от похвалы Джек. — Между прочим, в этих трех папках инфекционные случаи последних суток, и все они из Манхэттенского госпиталя. Я бы хотел получить хотя бы два из них.

— Не вижу причин вам отказывать, — согласилась Лори. — Подождите, я только возьму в диспетчерской остальные папки.

Не успела Лори выйти, как в помещение ввалился Винни. Лицо его было мучнисто-бледным, веки припухли и имели свинцовый оттенок, а белки глаз покраснели. Было такое впечатление, что прошедшую ночь доблестный санитар провел в холодильнике на первом этаже.

— Ну и видок у тебя, — присвистнул Джек, — краше в гроб кладут.

— Похмелье, — кратко пояснил Винни. — Устроили вчера холостяцкую вечеринку — там и нахрюкались.

Винни бросил на стол газету и направился к кофейному столу.

— Между прочим, — заметил Джек, — кофе уже готов.

Для осознания смысла этой фразы воспаленному мозгу Винни потребовалось несколько секунд.

— Может быть, вместо кофе приступим к делу? — спросил Степлтон, передавая Винни папку Марии Лопес. — Помни, кто рано встает, тому...

— Господи, ради всего святого, оставьте в покое свои штампы, — взмолился Винни. Он взял папку. — Честно говоря, я сегодня не в духе, чтобы выслушивать ваши мудрые изречения.