— Как и я, — расплылся в довольной улыбке Джек. Бингхэм ответил ему тем же.

— Где находится труп Мартина? — спросил Бингхэм у Кальвина.

— На третьем столе, сэр. С ним работает доктор Макговерн, я через минуту присоединюсь к вам.

Джек проследил взглядом, как шеф подошел к столу Чета и как тот отреагировал на появление высокого начальства. Затем Джек повернулся к Кальвину.

— Я глубоко задет, — шутливо произнес Степлтон. — Подумал было, что мистер Бингхэм пожаловал сюда, чтобы отдать должное моим диагностическим успехам.

— Очнитесь, — охладил его Кальвин, — о вас он вспомнил в последнюю минуту, когда увидел в прозекторской. Его сейчас больше интересуют огнестрельные ранения, с которыми работает доктор Макговерн.

— Там какие-то проблемы? — сразу напрягся Джек.

— Возможно, они появятся, — уклончиво ответил Вашингтон. — Полиция утверждает, что убитый сопротивлялся задержанию.

— Но это обычное явление, — успокоил шефа Джек.

— Нет, проблема заключается в том, где находятся входные отверстия — спереди или сзади, — пояснил Кальвин. — А их там целых пять. В общем, как всегда, напортачили, а нам расхлебывать...

Джек понимающе кивнул. Хорошо, что не ему достался этот каверзный случай.

— Шеф спустился сюда, конечно, не для того, чтобы вас хвалить, однако он это сделал, — продолжал между тем Кальвин. — На него произвел впечатление диагноз туляремии, да, признаться, и на меня тоже. Это была быстрая и безошибочная диагностика. Но вот что я вам все-таки скажу: не надо было вчера в кабинете шефа говорить о нашем пари. Может быть, вам и удалось на какой-то момент усыпить бдительность начальника, но меня вы провести не сумели.

— Я это сразу понял, — начал оправдываться Джек, — и, как вы сами заметили, быстренько сменил направление разговора.

— Я просто хотел, чтобы вы это знали, — покончил с неприятной темой Кальвин.

Нагнувшись над вскрытым телом Лагенторпа, Кальвин, как до него Бингхэм, осторожным движением пощупал селезенку умершего.

— Шеф был прав, — сказал он. — Селезенка сильно увеличена.

— Так же как сердце и практически все остальные органы, — подтвердил Джек.

— Как вы полагаете, что это может быть? — поинтересовался Вашингтон.

— На этот раз у меня нет никаких предположений, — честно признался Джек. — Это какое-то инфекционное заболевание, но я могу поручиться только за то, что это не чума и не туляремия. Я действительно начинаю всерьез задаваться вопросом, что происходит в Манхэттенском центральном госпитале.

— Не заноситесь, — предостерегающе произнес Кальвин. — Нью-Йорк — большой город, а Манхэттенский центральный — большой госпиталь. При таком потоке людей, ежедневно прилетающих в аэропорт Кеннеди, мы можем столкнуться с любой болезнью в любое время года.

— Пожалуй, вы правы, — решил проявить уступчивость Степлтон.

— Ну ладно, когда у вас появятся идеи, дайте мне знать, — заключил Кальвин, — мне не терпится отыграть свои двадцать долларов.

Когда Кальвин отошел, Винни снова занял свое место у стола. Джек отобрал кусочки тканей из органов, и Винни проследил за тем, чтобы погрузить их в консервант и надлежащим образом промаркировать.