Изменить размер шрифта - +

— Они не насекомых ищут, а расковыривают раны и питаются кровью носорога, — объяснял Ганнер. — И хотя они помогают друг другу, буйволовый скворец еще и паразит.

Коннор надеялся, что Эмбер его паразитом не считает. Он старался держаться вдали, сосредоточиться на Генри, пока они готовились к сафари. А после случая с пауком, как он заметил, она стала лучше относиться к нему.

Они смотрели, как птичка клюет красным клювом хвост носорога. Тот медленно отвернулся от них. Когда он встал спиной к ним, он изверг несколько больших кусков, упавших на землю кучкой.

— Ого! — воскликнул Генри.

— Теперь мне и завтракать не хочется, — согласился Коннор.

Ганнер улыбнулся.

— Взрослый носорог может в день избавляться от пятидесяти пудов. Вы знали, что фекалии каждого носорога пахнут по-своему: они часто оставляют так сообщения. И носороги могут понять, кто проходил мимо, сколько ему было лет, и была ли это женщина. Это почти как сообщение в ваших социальных сетях.

— Как мило! — сказала Эмбер, хохоча.

Закончив, носорог ушел в кусты.

— Отличное начало сафари! — отметил Ганнер, заводя двигатель. — Встретили впервые одного из Большой пятерки, а еще только шесть утра.

— А кто еще четыре? — спросила Эмбер.

— Слон, лев, буйвол и леопард. Хотя леопарда можем и не заметить. Они хитрые.

Генри нахмурился.

— А почему туда не входит бегемот? Он ведь крупнее леопарда?

Ганнер покачал головой.

— Дело не в размере. "Большой пятеркой" белые охотники называют пять видов, на которых охотиться опаснее всего. Хотя ты прав, бегемот должен быть в списке. Бегемоты убили людей больше, чем остальные животные Африки.

— Да? А как же комары? — сказала Эмбер.

— Точно. Они убивают миллионами, распространяя малярию. Но комары не убивают мгновенно, а бегемоты яростно защищают территорию. Уверяю, вы не захотите оказаться между бегемотом и водой. Но если быть точнее, то есть в Африке один зверь, что убил больше, чем комары, бегемоты, слоны, крокодилы и львы, вместе взятые.

— Кто же? — Коннор был заинтригован.

— Самый смертоносный вид на Земле, — сказал Ганнер с мрачным взглядом. — Человек.

 

Глава 22

 

Одинокий вентилятор гудел, как большой комар, в углу самодельного офиса, что был покосившейся хижиной из белого кирпича со сморщенной крышей на краю Руанды. Ветерка едва хватало, чтобы разогнать жаркий воздух. Торговец бриллиантами, мужчина с худым лицом и очками-полумесяцами, в рубашке, что была на два размера больше, чем нужно, вытащил камень из сумки. Он поставил его под микроскоп с осторожностью родителя, впервые державшего ребенка. Убрав очки, он вгляделся в микроскоп.

— Розовый, очень редкий… и желанный, — сказал он, настраивая прибор. — Почти идеальный, если бегло смотреть.

Торговец отстранился и моргнул, словно не мог поверить качеству. Вернув очки, он посмотрел на сидевшего рядом клиента. Белый мужчина не двигался. Но он был готов ударить, как пантера, при малейшей угрозе.

— Где вы его взяли? — тихо спросил торговец.

— Я не плачу вам за вопросы, — сказал мистер Грей. — Я плачу за услуги.

— Конечно, — ответил торговец и вернулся к работе. Он заметил скрытую угрозу в тоне человека и не собирался злить его. Он умело переместил камень от микроскопа на цифровые весы. Торговец старался не выказывать удивления, но не мог скрыть потрясения во взгляде.

— Чуть больше тридцати карат, но его еще нужно обработать, — сообщил торговец, как-то умудрившись держать голос ровным.

Быстрый переход