|
На всякий случай — вдруг у меня какой-нибудь диабет начинается, и кровь действительно сладкая, а я и не в курсе. Нет, вроде ничего такого. Кровь как кровь. Но мормоликам нравится.
— Мы уже готовы отправиться на свободную охоту, а ты ведь знаешь, чем это чревато! — пока я вспоминал прошлую встречу, Акко продолжала жаловаться. — Две недели на голодном пайке. Ни крови, ни серебра. У Пронома в долг столуемся!
В общем, не удивительно что с такими навыками торговли бедные вампирши регулярно кладут зубы на полку. Ну вот кто так открыто признается потенциальному работодателю, что находится в таком бедственном положении? Хоть бы немного себе цену набить попыталась! Впрочем, я обманывать их в любом случае не собираюсь.
— Не беспокойся, я как раз к вам. Есть дело. Если согласитесь, будут и сестерции, и крови нацежу.
— Не тяни, рассказывай, что нужно делать, — нетерпеливо мотнула головой Акко.
Я проследил за капелькой крови, которая от резкого движения сорвалась с кончика носа собеседницы, и тихо сказал:
— Мне мешает одна семейка. Брутусы, знаешь таких?
Акко резко помрачнела.
— А ты на мелочи не размениваешься, Ортес. Слышали мы, что у твоих родных неприятности. Это вот Брутусы обеспечили, значит? Вынуждена отказаться. Нам нельзя аристо трогать. Наши же главные, — она указала глазами на потолок, — не поймут. Ты, может, не в курсе, но знающий человек легко определит нашу работу. Впрочем, лучше объясню. Ты тогда дал нам своей крови, добровольно. Нацедил в стакан… а сейчас ты хочешь, чтобы мы убивали для тебя. Отнять жизнь для нас не сложно, но мы…
— Теряем голову, — поддержала Фанесса замявшуюся подругу. — Мы ведь хищницы. Когда охотимся, действовать тихо не получается. Люди — дичь для нас, а с дичью мы поступаем неаккуратно. На трупы каких-нибудь мелких бандитов или попрошаек внимания не обратят, да мы все равно каждый раз боимся высунуться, а тут семья эквитов, да еще глава в тайной службе заправляет. Мы не сможем удержаться. Даже если будем беречься от убийства разумных — всегда может произойти какая-то случайность, и тогда после нас останутся очень характерные следы. Дознаватели чистых в момент выкупят, в чем дело, и тогда по всему Риму объявят о появлении страшных нелюдей, которых надо непременно найти и очистить.
— Знаю я все это, — отмахнулся я. — От вас и не требуется кого-то убивать. Мне просто нужно попасть на территорию поместья, когда глава будет дома. В этом вы мне и поможете. Очаруете охрану и дадите мне доступ внутрь, с остальным справимся мы с Керой.
Вопреки ожиданиям Акко не сильно обрадовалась уточнению.
— Ты вообще представляешь, что значит очаровать охрану такого поместья, как у Брутусов? Они же параноики. Каждый из их людей находится в прямой видимости еще минимум пятерых. Все время, без перерывов. Я подойду постучаться, в дверь для прислуги, а на меня будут пялиться трое из бойниц. Зачарую этих — те, кто наблюдают за ними поймут. Тем более теперь, когда они ожидают нападения. Вы ведь как-то смогли узнать, кто подготовил покушение? Ну вот, а они наверняка знают о том, что вы знаете. Нет, я не отказываюсь. Просто Ортес, нас троих будет мало. Возьми, например, Сетоса. Он псилл. Скоро, наверное, появится здесь, а если нет, мы его сами найдем.
Вообще-то все эти сложности были мне известны. В досье на Феликса Брутуса был план поместья, с указанием количества и примерных мест расположения охраны. Собственно, я планировал справиться с помощью проклятья, но, если удастся обойтись без него, будет даже проще. Тем более, я, кажется, знаю о ком говорит Акко — в одно из прошлых посещений заметил в зале таверны странного разумного в просторной одежде, которая все время шевелилась, будто под ней ползали змеи. |