Заклинателя звали Сетос. Псилл появился в таверне всего через несколько минут, после того как о нем заговорила Акко — будто заранее готовился. Приглашение за стол принял благосклонно, с готовностью устроился напротив нас с Керой, и услышав в чем суть дела, сразу же согласился. Вообще он мне понравился — немногословный, спокойный, слегка отстраненный. Однако, как только услышал, с кем именно будем «воевать», оживился.

— Сетос согласен. Сетос готов идти против семьи Брутусов даже бесплатно, но за плату, конечно же, согласен больше. — Манера говорить у псилла, конечно, странная, но кому какая разница?

О причинах нелюбви к будущим жертвам псилл говорить отказался. Все, что я смог от него добиться, это «Плохие люди, Сетос не любит таких плохих». Ну, не любит, так не любит, главное, что согласен помогать, а причины мне не особо интересны. Зато, когда в разговоре кто-то упомянул чистых, псилла аж передернуло. «Сетос боится чистых. Сетос не любит бояться, поэтому Сетос хочет убивать чистых, всех, всех чистых». Этим он, меня, конечно, сильно подкупил — люблю, когда чистых не любят.

В общем, результатами похода в Трезвый сатир я остался совершенно доволен. Откладывать исполнение не стали, уговорились осуществить задуманное уже следующей ночью. Да, я немного торопился, можно было бы провести дополнительную разведку. Не хотелось дожидаться следующего удара — он ведь может оказаться удачным.

Глава 26

Дом семьи Брутусов находится не так уж далеко от жилища Ортесов. Аристократия почему-то предпочитает селиться компактно — всего несколько районов в Риме, которые они считают подходящими для жизни. Отдельные дома могут быть в любом месте, даже в рабочих районах, на случай, если владельцу нужно переночевать неподалеку от производства. Но семейное гнездо будет расположено либо в Монти, либо в Треви, или на самом краю какого-нибудь из соседних районов. Хотя это уже не престижно.

Ночь темна, но только не в городе. Рим — столица, и как положено любой столице, он никогда не спит. Однако аристократия предпочитает спокойный сон. Яркий свет фонарей освещает пустые улицы, по которым время от времени проходят жандармские патрули. Они тоже предпочитают без нужды не шуметь: даже стараются не топать своими подкованными сапогами. Патрули довольно часты, но с Керой это не является проблемой — она заранее предупреждает о скором появлении жандармов. Сейчас я наблюдаю за поместьем из подворотни. Возле входа для слуг никого — нужно дать время подопечным Сетоса, чтобы расползтись по местам. Его власть над змеями намного точнее, чем то, что могу изобразить я своим проклятием. Дождавшись кивка псилла, ко входу направляются мормолики. Все втроем. Их походка, обычно пружинистая и целеустремленная изменилась. Теперь они похожи на искусных танцовщиц. Плавные и вроде бы неторопливые, но вместе с тем стремительные движения, полные эротизма. Даже жаль, что я не вижу их наведенного облика — уверен, это нечто сногсшибательное.

Небольшая, но богато украшенная дверь открывается еще до того, как они подходят: те охранники, что следили за округой уже очарованы. Вот теперь пора и нам с Керой. Причем Кера — первая. Проклятья сегодня будут использоваться по минимуму.

К моменту, когда я проскальзываю внутрь и аккуратно прикрываю дверь, в привратницкой все уже кончено. Четыре трупа, все убиты ударом ножа в сердце — я специально попросил Керу действовать аккуратно. Незачем оставлять явных следов. Мы даже озаботились, чтобы остаться неузнанными — на лицах у нас с Керой натянуты косынки.