Может быть, он не хочет скучать по тебе.

  О.   Я допила свое пиво.   Думаешь, он... скажет что нибудь?

Лусиан пожал плечами.

  Не знаю. Может быть да, а может и нет.   Он ткнул в тушеное мясо ложкой, прежде чем продолжить.   Но, во всяком случае, тебе лучше поговорить об этом с ним, не со мной.

  Все не так просто,   сказала я.

Лусиан снова пожал плечами.

  Обычно именно все так просто.   Наконец он встретился со мной взглядом, его глаза были темными, напряженными и нечитаемыми.   Просто и легко   это не одно и то же.

В этот момент Зейн скользнул на стул рядом со мной, протянул руку и схватил миску Лусиана с тушеным мясом, в три укуса съел половину, а затем запил все добротным глотком его пива.

  Ты утомляешь ее своей мистической чушью, Лус?

Лусиан только насмешливо приподнял бровь.

  Пожалуйста, угощайся.   Он забрал свое блюдо и пиво и продолжил есть, как ни в чем не бывало, затем посмотрел на брата.   Что еще за мистическая чушь?

  Твои скупо сформулированные крупицы мудрости.

  Вряд ли это мистическая чепуха.

Зейн рассмеялся.

  На самом деле это так.

Лусиан только покачал головой и молча начал опять есть.

Я нашла руку Зейна под столом и переплела свои пальцы с его.

  Никакой мистики, просто…

  Лусиан был Лусианом?   Подсказал Зейн.   Разбив все, что ты представляла и что знала о жизни, всего лишь дюжиной слов, а то и меньше?

Я склонила голову набок.

  Вроде того.

  Я убежден, что он древний восточный мистик, замаскированный в тело угрюмого подростка,   сказал Зейн.   Это единственное возможное объяснение, откуда он знает половину того дерьма, о котором говорит.

  Я наблюдаю, слушаю и задаю вопросы. Обращаю внимание. Читаю.   Лусиан доел тушеное мясо и запил пивом.   Это не мистика, это называется быть внимательным наблюдателем человеческой природы.

  Ага, как скажешь, Конфуций.   Зейн откинулся на спинку стула и обнял меня.   Возвращайся на кухню, бездельник.

Лусиан снова покачал головой, но с легкой и искренней усмешкой на губах, а затем парировал:

  Разве не ты должен быть за стойкой?

  Броку наскучило быть одному наверху, и он спустился, чтобы сменить меня.

Лусиан только кивнул и пошел обратно на кухню, насвистывая тему Кунг Фу.

Зейн посмотрел на него, а потом улыбнулся мне.

  Этот парень что то с чем то.

  Сколько ему лет?   спросила я.

  Девятнадцать, почти двадцать.

  Но он совершенно уже не ребенок, да?

Зейн кивнул.

  Да, ты права. Но такое чувство, что он им никогда и не был. Даже когда Лус был маленьким, то был тихим до безумия. Он не говорил до тех пор, пока ему не исполнилось больше двух лет, и начал говорить полными предложениями. Мама думала, что у него могут быть проблемы с развитием, но доктор сказал, что физически и ментально он способен говорить, и развивается нормально, и что он просто... не хочет говорить по какой то причине.

  Да. Что ж, он просто мудрый молодой человек.

Зейн рассмеялся и кивнул.

  С этим, черт возьми, не поспоришь. Ты забываешь, что он сидит рядом, ты разговариваешь с кем либо или что то типа того, а затем он просто выпаливает предложение или два, которые так... проницательны, как по мне, что заставляет всех восхищаться: "Ха, а он прав. Будь я проклят".

Я прислонилась к плечу Зейна.

  Хочешь, эм, пойти наверх? В центр города? Или чего нибудь еще?

Он посмотрел на меня.