Но из оружия у меня был только этот тонкий кинжал с граненым обоюдоострым клинком. Это не туалет, да и в окрестностях не видно Бабичева – поэтому можно пустить кровь возможному обидчику. Если он будет.

А он был. За мной двигался рослый мужчина в плотном пальто типа реглан. Очень модным, кстати, в местном Петербурге. Лица я не разглядел. Незнакомец натянул шляпу по самые глаза и будто бы смотрел себе под ноги. Вот только двигался чересчур проворно, почти бежал.

И тут я напрягся. Меня почему-то очень насторожила его гражданская одежда. Уж как-то я привык к военным или жандармским мундирам. И в их присутствии чувствовал себя в безопасности. Сейчас же внутренний голос надрывался на все лады. Он кричал, что пора рвать когти, улепетывать, что есть духу, делать ноги пускаться наутек, а еще меньше читать перед сном что попало. К примеру, словарь синонимов. Гребаный Пал Палыч, не кладет на место книги.

За то недолгое время существования в этом мире я привык к своему статусу. Что меня охраняют жандармы, что мне прислуживает Илларион, что в подаренной императором грамоте написано красивое слово граф. И Ирмер-Куликов, наверное, узнал бы причину собственного преследования.

А вот Коля-Кулик даже разговаривать не стал. Он здраво рассудил, что коли его никто не видит, то стесняться некого. Поэтому припустил так, что только пятки пыльных штиблет засверкали, да кортик стал привычно бить по ляхе.

Незнакомец бегать не собирался. Он явно понимал, что молодость и мои крепкие ноги в данном случае зарешают. Но оказалось, что и отпускать меня на все четыре стороны преследующий не собирался. Я лишь в самый последний момент почувствовал, как позади уплотняется воздух. И тогда дернулся в сторону, как заяц, понимающий, что вот-вот окажется в пасти у лисы.

Мостовая вздрогнула, осыпав меня каменной крошкой, а я рухнул, в последний момент успев выставить перед собой ладони. Кистень прошел мимо, даже не задел, но все рассказал мне о своем создателе.

Целился тот в ноги, видимо, хотел сначала обездвижить. Это хорошо. С одной стороны. Потому что убивать, по крайней мере сразу, он не собирался. Иначе применил бы что посильнее. А незнакомец мог, я это понял.

Как различить, к примеру, семерку и четверку, если они будут использовать одно и то же заклинание? Да очень просто. Кистень семерки может сломать тебе пару ребер. А вот заклинание четверки сделает из груди фарш с перерубленными костями. Ну, и сам кистень будет больше, четче, быстрее.

Я еще слабо разбирался в рангах, однако сразу понял, передо мной не середнячок. И догадался, что нужен незнакомцу относительно живым, но никак не невредимым. К примеру, только что он пытался сломать мне ноги. А сейчас, продолжая приближаться, кастовал новое заклинание.

Меня, наверное, можно было назвать самым крутым начинающим теоретиком. Я невероятно хотел научиться, как здесь это называли – волшбе. Другими словами колдовать. Создавать заклинания, работать с амулетами, а там, чем черт не шутит, дорасти до реликвий.

Поэтому прочитал всю доступную информацию о всех заклинаниях и их формах. И когда незнакомец очертил невидимую сферу, став ее быстро заполнять, я сразу понял, что он делает.

Заклинание называлось Очарование. Правда, ничего очаровательного в нем не было. Оно относилось к третьему рангу и разрешалось к использованию только жандармам, когда речь шла о государственной безопасности. Ты оставался в своем разуме, но без воли. И полностью подчинялся заклинателю.

Существовало и множество оговорок. К слову, если ранги противников примерно равны, то Очарование может и не сработать. К тому же, от него можно легко защититься, если успеть понять, что обидчик собирается сделать. Я вот понял, только толку с того, когда в одном углу ринга как минимум тройка, в другом нулевка.