Девушка медленно потянулась к банке, глядя на мою реакцию. Я, поняв, что она меня боится, отошёл назад. Девушка принялась пить рассол, разливая на себя и на землю.

Вот идиот, она же пить хочет. Я открыл банку компота и поднёс ей. Она и из него сделала несколько крупных глотков. Потом принялась есть огурцы, салат и паштет. Особенно паштет. Его она съела всю пол-литровую банку.

Я в это время осматривал её комнату. Каменные стены, лампочка на стене, туалет и кровать. Причём кровать совсем не вписывалась в окружающий интерьер. Она была более новой, добротной и с более-менее свежим бельём. Догадываясь, зачем он оставил эту девушку у себя, я невольно стиснул зубы. Потом опомнился и тоже припал к банке компота. Совсем забыл, что меня тоже мучит жажда и голод. Сейчас бы ещё поспать, чтоб восстановить здоровье. Но на это не было времени. Да и после того, что я увидел, спать нормально не смогу. По крайней мере пока не отрежу яйца тому ублюдку и не скормлю их ему же, после чего заклею рот скотчем и брошу в кучу трупов.

Девушка, наевшись, немного оживилась.

— Тебе лучше? — спросил я.

— Да, спасибо. Ты не он, — сказала она, то ли спрашивая, то ли утверждая.

— Кто он? Зачем он это сделал с тобой? — спросил я.

— Он... Я пришла, хотелось есть... Пришла сюда, думала, тут люди живые. А он схватил меня, связал и... Делал всякое... Больно... — начала она говорить, запинаясь и путая слова. — Потом запер меня здесь и приходил каждый день это делать. Говорил, что отдаст меня очень плохим людям, если я буду сопротивляться. А если буду хорошо себя вести. Будет кормить, — продолжила она и с каждым словом говорила всё уверенней и легче. — А однажды я попыталась сбежать... Он побил меня и бросил кусачим. Меня сильно покусали, а потом он снова запер меня тут. Я думала, что умру, моя кожа стала портиться, а он не приходил очень долго. А потом он снова пришёл, пьяный и злой. Он снова делал мне больно, как и раньше... Потом сказал, что ему противно, но никого больше нет. Он стал приходить редко и всегда пьяный, — девушка начала плакать и больше ничего не сказала.

Но мне уже всё было ясно. Этот ублюдок держал её ради своих потех и не остановился, даже когда она стала обращаться...

Всхлипы девушки вдруг превратились в похрюкивание и рычание. Я насторожился. Она подняла голову и бросилась в мою сторону, но длины цепи не хватило. Я от испуга упал на спину и немного отполз. Но она тут же пришла в себя и сама, будто испугавшись, отползла назад.

Вот что меня ждёт, если иммунитет упадёт ниже нуля...

— Помоги мне, — прошептала девушка.

— Как?

— Убей меня. Пожалуйста. Я больше не хочу такой быть.

И тут я не выдержал. Слёзы сами текли из глаз, не желая останавливаться. Я снова почувствовал свою беспомощность... Нет, не хватит у меня мужества на убийство девушки. Даже если она сама просит. Я просто не смогу... Да и нечем. Будь у меня хотя бы топор, чтобы одним ударом остановить её мучения. Но трубой мне придется сделать не меньше десяти ударов...

Внезапно генератор заглох. Это могло означать только одно — топливо закончилось.

Наверху послышались шаги.

— Да это бензин подлить надо. Сейчас вернусь, — прозвучал мерзкий голос.

Глава 20

Я быстро прикрыл дверь, взял верёвку в руки за спиной и сел на колени. Что ещё? Трупы я накрыл уже сразу после убийства. Чёрт, скотч на рот!

Тот, что был на мне раньше, сейчас валялся размотанный. Другого поблизости нет. Разве что...

Мне пришлось натянуть на лицо скотч, который я стащил с зомбака вместе с кожей. Мне стоило невероятных усилий договориться со своим желудком не блевать.

Стас расслабленно спустился, светя на меня фонариком.

— Сидишь, мудила? Ну сиди, недолго тебе осталось.