— Сидишь, мудила? Ну сиди, недолго тебе осталось. Я уже сообщил в корпу, скоро за тобой прибудут. А это что за хуйня? — пробубнил он задумчиво, заметив обрывок скотча.

Потом осветил всю комнату и задержался на полупустой бутылке водки и недостающих банках купорки.

Когда он сообразил, что тут что-то не так, я уже летел на него тараном. Сбив его с ног, я снова впечатался в стену. Но я-то переживу, а вот его потрепало неслабо. Правда, оклематься ему удалось, и он даже поднялся на ноги, как раз возле той двери.

Стас достал из нагрудной кобуры пистолет. Всё-таки он у него есть. Я ударил по правой руке трубой, пытаясь провести «Расчленение». Руку хоть и не оторвало, но пистолет он выронил и заорал от боли.

— Больно тебе, сука. Не-ет, это ещё не больно, — сквозь зубы прорычал я.

Толкаю его ногой в дверь, и он падает спиной в тёмную комнату. Дверь по инерции прикрылась, а оттуда донеслось рычание, хрюканье и пронзительные мужские крики боли.

Я же, довольный собой, уже было решил, что всё позади и направился к выходу. Как из комнаты раздалось два выстрела.

Схватившись покрепче за трубу, я побежал к двери. Оттуда вышел Стас, весь в крови и тыча в меня стволом.

Может с пары выстрелов и не убьёт, если я такой же крепкий, как эти зомби, но у него ведь почти полный магазин, а у меня почти пустое хп. Навыка отбивать пули трубой у меня не было, и я послушно сложил оружие. Не знаю, о чём я думал. Наверное, насмотрелся боевиков. Там почти всегда слушаются, когда на тебя направлен ствол. Правда, убивать он меня не стал, так что может и не зря сдался. Но ногу он мне прострелил. Скорее всего до сих пор рассчитывал получить за меня награду.

Стас вышел из подвала и закрыл люк на щеколду. Через минуту наверху раздался выстрел. Ещё через пару минут завёлся двигатель, и звук начал отдаляться.

Я выдержал паузу в пару минут. Если Игорь не откроет подвал, значит, ему конец. За это время я аккуратно проверил камеру девушки. Она сидела и плакала, прикрывая две дырки в груди. С каждым всхлипыванием кровь всё сильнее пропитывала её белую блузку. С такими ранами не живут... А раз она ещё живёт, то и не умрёт. Главное, что она поела и, похоже, не только огурчиков, а ещё и мяска откусила от этого ублюдка.

По идее, он должен обратиться. Но, когда я увидел на земле шприц с остатками зелёной жидкости, то начал в этом сомневаться. Может корпорация дала ему вакцину? Тогда почему он не принял её раньше... Или это просто антидот, останавливающий заражение, но не дающий сверхспособностей.

Что-то наверху тишина... Сука, найду урода и за всех отомщу...

Но как только я собрался долбать стену чем попало, как раздался щелчок затвора люка.

— Ты там живой? — спросил взволнованным голосом Игорь.

— Живо-ой! Живо-о-ой! — радостно ответил я. — И я живо-о-ой, и ты живо-о-ой!

— Ага, ты там совсем ебанулся, что ли? Вылезай давай.

Я вылез. И первым делом отвесил Игорю пендаля здоровой ногой. Правда, рана заболела так, что это ещё спорный вопрос, кому мой пендаль навредил больше.

— Ай! — крикнули мы в один голос.

И, засмеявшись, обнялись.

— За что пендаль-то, ага? Что раньше не нашёл тебя, ага? Виноват, ага, не допёр сразу. Барсик и так, и сяк намекал — тёрся возле люка постоянно, ага. А я уж подумал, ты свалил куда-то, ага.

— Вот какого ты мнения обо мне? — деланно обиделся я. — Нет, пендаль не за это. А за чмыря этого. У меня друг на СТО, — передразнил я его.

— Ну, кто ж знал, ага, что он такая крыса, ага. Ради тачки в подвале закрыть, ага... Ты б видел, как мы её затюнили, ага. Такая красотка, ага... Мы даже поставили...

— Это не из-за тачки. Ты ещё не знаешь всего про своего друга.

***

— Это пиздец, бро, — сказал Игорь, глядя на рычащую девушку.