– Это хорошо, – задумчиво протянул Шерху, поглаживая меня по спине и пристально разглядывая. - Значит, кризис миновал.

   – Какой кризис? – нахмурилась я.

   – Мне кажется, ты и сама прекрасно понимаешь, - он слегка пожал плечами. - Считается, что умирать тяжело и больно, но это не самое сложное. Жить порой труднее, а ещё труднее – воскресать. Когда я выбрал тебя ратри, главным образом подтолкнула меня к этoму не симпатия, а жалость. Я сразу сказал, что это было нужно не только мне, но и тебе, однако несколько преуменьшил масштабы проблемы. Ты умирала, держась только за чувство долга. Уведи Тешенит девочек и оставь тебя в Ледяном пределе одну,и ты бы не дожила до заката. Что, скажешь, не прав?

   – Не знаю, - вздохнула я. – Скорее всего, прав, я и сама задумывалась о подобном. Только я давала себе больший срок, может, несколько месяцев. Неужели я выглядела так плохо?

   – Выглядела ты прекрасно, - усмехнулся в ответ дракон. - Да я бы и не подумал о таком варианте и ничего не заметил, если бы не одно «но». В тот момент я сам находился в похожем состоянии, за одним исключением: ты просто предполагала, что твоя жизнь висит на волоске ответственности, а я про себя знал точно.

   – А сейчас, значит, всё изменилось? И для тебя,и для меня?

   – Со мной всё просто. Некоторое время назад я совершенно потерял атху,то есть то чувство влюблённости в Мир, составляющее основу нашего существования. Я живу давно,и это был закономерный итог. Мой срок вышел, однако дoлг не позволял спокойно растаять в чари, и я решил, что большой беды не будет, если взять на себя еще одно обязательство: помочь очнуться одной очень юной и замечательной эсладе. Хотя бы попытаться. Кто же знал, что спасу я в первую очередь себя...

   – А как атха сосуществует с ратри? – полюбопытствовала я, ощущая странное восторженное смущение от слов дракона.

   – Прекрасно сосуществует, – засмеялся он. - Атха – это цель жизни, её смысл, а ратри – способ выживания. Они не противоречат друг другу, а дополняют. А вот атха и метта – любовь – уже спорят. Подозреваю, это очень неприятное ощущение, поэтому исторически драконы относятся к метте с опасением. У нас это считается... хм. Не то чтобы заболеванием или серьёзным отклонением от нормы, но довольно сложной судьбой, которую мало кто стремится получить добровольно. Полюбивших жалеют, и небезосновательно. Атха позволяет жить долго и в целом достаточно безмятежно, а метта – всегда риск. Безответная любовь медленно и мучительно убивает, а взаимная вызывает навязчивый страх потери, потому что гибель любимого существа неминуемо отправляет в чарь и дракона. Впрочем, в моём случае всё это неважно, потому что я буквально получил вторую жизнь. Смешно сказать, но всё это я понял всего за пару секунд до того момента, как признался тебе. Понимал, что что-то со мной не так, но этот вариант даже в голову не приходил...

   – Выходит,и со мной произошло нечто подобное? - уточнила я.

   – А ты тоже хочешь признаться мне в любви? - ухмыльнулся Шерху, вдосталь полюбовался моей смущённой физиономией, а потом ответил уже по существу: – С учётом видовых особенностей – да. Ты очнулась и приняла тoт факт, что жизнь продолжается. То есть пока еще не до конца приняла, но умирать уже передумала. Очень удачно сложились обстоятельства, не знаю, как скоро у меня получилось бы растопить твою душу там, в Ледяном пределе.

   – Удачно? - ошарашенно переспpосила я.

   – Очень, - серьёзно ответил Шерху. - Ты же понимаешь, болезни бывают разные,и лечение – тоже. В одном случае нужен покой, а в другом – необходимо трудное, болезненное и даже опасное вмешательство.