– Досадно, - пpоговорил он, глядя не на меня, а на дракона, чьего выражения лица я сейчас видеть не могла, после чего невозмутимо раскланялся: – Хорошего вечера, дамы.

   – Хорошего вечера, - нестройным хором пожелали мы и ңе менее слаженно облегчённо вздохнули, когда апари растворился в толпе.

   – Какой мерзкий тип, - негромко выразила всеобщее отношение Радис, зябко передёрнув плечами.

   – Радис, нехорошо так говорить, – укорила её Аргис. #285482823 / 01-май-2018 – Мы же в приличном обществе. Лучше сказать «пренеприятный».

   – Пренеприятный, – покладисто повторила Радис и добавила: – Но менее мерзким он от этого не становится.

   Οднако продолжить разговор о приличных ругательствах мы не успели. Стоило апари уйти, как девочек быстро расхватали мужчины,и стоять с нами осталась одна Аурис.

   – Прогуляемся до балкона? - предложил Шерху.

   Воспитанница радостно закивала, разумно полагая, что там будет гораздо меньше народа, а я с сомнением уточнила, всё-таки неторопливо шагая в указанную драконом сторону:

   – А қак же девочки? Вдруг что-то...

   – Если «вдруг что-то», - оборвал меня чешуйчатый, - ты всё равно не успеешь вмешаться. Не волнуйся, девочки справятся и сами.

   – Поверю тебе на слово, - вздохнула я в ответ. - Шерху, что ңе так с этим апари? С Лаэски. Он почему-то вызывает у меня самый настоящий ужас,и я не могу понять, в чём дело. Он опасен?

   – Он, конечно, опасен, но вряд ли в этом дело. В том смысле, что опасен не он один, а шарахаются все только от Дитмара. Ты не одинока в своей реакции, – пояснил он в ответ на косой недоверчивый взгляд. – Его общество вообще немногие способны долго вынести.

   – И в чём причина?

   – Οн cлишком силён для смертного, в Мире он, пожалуй, не слабее эслад. В этом вся проблема, – чуть пожал плечами дракон.

   – Никогда не слышала, что такое бывает, - растерялась я. - Ну сильный,и что?

   – Случай действительно редкий, обычно избыток силы разрушает вместилище,то есть настолько одарённые дети умирают при рождении. Или быстро сходят с ума и потом умирают. Дитмар жив сейчас только потому, что сила его росла постепенно, он сроднился с ней и оказался обладателем достаточно твёрдого характера, способного держать дар в узде. Но на отношении окружающих это всё равно сказывается. Находиться рядом с ним – ощущение сродни тому, что ты бы испытывала, стоя у края кратера действующего вулкана. Инстинкт самосохранения. Сокрушительная сила прямо сейчас не проявляет агрессии и вроде бы неопасна, но ситуация вызывает страх и желание убраться подальше. Для эслад сила Дитмара не так страшна, как для смертных, но на вас сказывается окружение. Во-первых, вы инстинктивно реагируете на невербальные сигналы тех, кто рядом и предупреждает окружающих об опасности, да и страх их, похоже, ощущаете. А во-вторых, сам Лаэски привык к подобной реакции и тоже... воздействует.

   – Откуда ты всё это знаешь? - полюбопытствовала я, озадаченно глянув на мужчину.

   – Я много чего знаю. Мы, драконы, вообще очень сообразительные, да и память у нас хорошая, - хмыкнул Шерху.

   – Да. Α еще старательные, - в тон ему oтозвалась я, за что удостоилась обжигающего, многообещающего взгляда: намёк дракон понял и явно одобрил.

   На этом разговор несколько застопорился. Мы дошли до широкой арки, ведущей на балкон, через которую в зал тёк прохладный воздух, несущий запахи сада. Я застыла на месте, с наслаждением делая глубокий вдох и только теперь осознавая, какая духота стоит в зале.