– Чтобы лишить джигли титула всадника, нужны очень веские доказательства, – упорствовал Гор. – Тем более, когда речь идет о членах императорской семьи.

Из-под капюшона женщины раздался короткий злой смешок:

– Что ж, братец… Если законным путем я не смогу добиться справедливости, то…

– Огира! – умоляюще воскликнул Гор.

– Я готова на все, и пойду до конца, – отрезала всадница. – Если мне не удастся доказать вину Фейр-ари, я убью его кунгура. Сделаю то же самое, что он сделал с моим мужем!

– Огира, не горячись! Дай мне время. Обещаю, я во всем разберусь!

– Времени нет, Гор. Если ты не забыл, уже завтра мой муж будет опозорен навсегда!

– Значит, у нас есть целая ночь, чтобы попытаться все изменить… Есть у меня одна мыслишка, но вначале надо кое-что проверить… Давай встретимся завтра перед урудией. А сейчас нам пора уходить. Я выйду первым, а ты досчитай до ста и тоже уходи. Только не зови своего кунгура прямо у дверей. Пройди пару улиц и тогда…

– Кого ты учишь? – насмешливо протянула женщина. – Я уже десять лет при дворе и скоро полгода, как жена главнокомандующего Империи. Это вас с Алиром практически не бывает в столице, все мотаетесь по своим, военным делам. А я варюсь в придворном котле среди интриг, козней и доносов, и потому прекрасно знаю правила игры. Кстати, Фейр-ари приставил ко мне соглядатая. Но прежде чем придти сюда, я пустила его по ложному следу. Так что мерзкий сынок императора будет считать, что весь сумрак и сияние я провела в гостях у тетушки Слори.

– И все же будь осторожна, Огира. Если Фейр-ари узнает, что в гибели кунгура Алира ты обвиняешь его…

– Он подошлет ко мне убийцу, – договорила женщина. – Ты прав. Но я все равно не отступлюсь, пойду до конца!

Гор встал, сжал руку сестры на прощанье, поплотнее запахнулся в плащ и покинул трактир. Спустя некоторое время ушла и Огира. Мюрр выждал пару мгновений и последовал за ней.

После освещенного масляными фонарями трактира улица казалась темнее обычного. Часть суток, называемая сиянием, подходила к концу. Последние, потерявшие яркость, зеленоватые сполохи еще украшали потемневшее небо, но на их фоне уже отчетливо проступал непривычно крупный рисунок звезд. Огромная долька месяца постепенно наливалась ярким желтоватым светом. Казалось, она висит так близко, что ее можно потрогать руками. Кроме месяца и звезд других источников света в этой, беднейшей, части города не было. Вот ближе к центральным кварталам света хватало. Дома сияли магическими огнями всевозможных форм и оттенков, а экипажи и одежда богатых прохожих были украшены необычайно модным в нынешнем сезоне разноцветным мерцающим порошком.

Мюрр окинул быстрым взглядом темную улицу. Народу немного – в основном возвращающиеся из дешевых кабаков работяги и поджидающие их на перекрестках продажные девки. Наверняка по темным подворотням прячется и кое-кто посерьезнее. Хотя… Нет, вряд ли – для нормальных грабителей добычи здесь не найдется. С пьяного в дым работяги взять нечего – весь дневной заработок он уже успел оставить в трактире. Серьезная «ночная братия» предпочитает работать в купеческих кварталах – там есть, кого пощупать. Мюрр усмехнулся, подумав, что, как ни странно, трущобы оказываются едва ли не самым безопасным местом в городе. Разумеется, если ты не богатей в украшенном мерцающим порошком плаще или не одинокая женщина…

Мюрр проследил взглядом за удаляющейся фигуркой Огиры и укоризненно покачал головой: напрасно этот Гор отпустил ее одну. Никакая, даже самая грубая, дерюга не может скрыть ее природного изящества. Легкая походка выдавала женщину с головой и невольно приковывала мужские взгляды. Ну, так и есть! Двое подвыпивших парней увязались за Огирой и попытались затеять с ней разговор.