Тонкие губы Рюля растянулись в жестокой улыбке. Слишком просто. Ни одного стража в коридоре; Цорци, сидящий спиной к полуоткрытой двери. Безупречная мишень. Ловушка, безо всякого сомнения. И Рюль двинулся дальше, аккуратно обойдя расставленные силки. Он с удовольствием расправился бы с Цорци, но сейчас главное — Браво, и Рюль не намерен был уходить отсюда без него. Он не питал иллюзий насчет Цорци; оставлять с ним Браво было очень опасно. Энтони подозревал, что именно Паоло Цорци пытался разрушить их отношения с Декстером, и теперь скорее всего он постарается сделать то же самое еще раз — настроит Браво против Рюля.

Комната, где сидел Цорци, не имела окон. Логично было предположить, что именно в таком месте они держат Браво. Кроме того, Рюль заметил, что все книги на столе имеют отношение к криптографии. Должно быть, Браво работал над оставленным для него в Венеции шифром. Следовательно, он вполне мог быть где-то в этой комнате, просто Энтони не видел его. Так или иначе, нельзя было исключить такую возможность. Он должен попытаться проникнуть внутрь, но не просто распахнув дверь, чего от него ждали.

Рюль повернул назад. Дойдя до поворота налево — за этой стеной, как он прикинул, находилась задняя стена комнаты — Энтони осторожно заглянул за угол. Возле закрытой двери, наверняка ведущей в то же помещение, дежурил страж — стройный молоденький венецианец с почти еще детскими чертами лица.

Рюль, натянув капюшон монашеского одеяния и низко склонив голову, двинулся прямиком к стражу. Тот, заметив его, произнес:

— Что-то ты рановато, еще десять минут осталось. Впрочем, мне же лучше.

Рюль ударил его в солнечное сплетение кулаком. Страж скрючился от боли, и Энтони ребром ладони ударил его сзади по открытой шее. Подхватив потерявшего сознание юношу, он оттащил его в темный угол и прислонил к стене.

Вернувшись к закрытой двери, Рюль приложил ухо к доскам. Он услышал голос Цорци и еще один, но говоривший сидел слишком далеко, и Рюль не мог понять, принадлежит ли второй голос Браво.

Он вдохнул полной грудью и медленно выдохнул, пальцы сжали трость-шпагу. Другой рукой он взялся за ручку двери, плавно повернул влево и аккуратно надавил. Дверь начала беззвучно открываться. Неожиданно он почувствовал легкое жжение, словно от укола, сбоку на шее. Вздрогнув, Энтони обернулся, но голова уже кружилась, перед глазами все плыло, словно у пьяного, и ему показалось, что на него смотрит перекошенная карнавальная маска.

Отчаянно сопротивляясь действию наркотика, затуманившего сознание, Рюль ухватился за крохотный дротик, вошедший в кожу у основания шеи, и выдернул иголку.

— Слишком поздно, — маска зловеще расхохоталась.

Мир перевернулся и исчез. Рюль свалился на каменные плиты.

Легкие у Браво горели. Он понимал — еще немного, и кислород закончится, мышцы начнут неметь, а дальше — полная беспомощность. Он не должен допустить, чтобы это произошло.

Перед его мысленным взором появился отец. Браво было одиннадцать, и он учился управлять своим телом, используя обыкновенно скрытые возможности.

— Расслабься, Браво, — говорил отец. — Когда ты слишком напряжен, твое тело сопротивляется приказам сознания. Твои ум и тело должны работать как единое целое.

Вместо того чтобы продолжать сопротивляться Анцоло, Браво обмяк, веки его закрылись, дыхание стало прерывистым. Анцоло торжествующе усмехнулся и подался вперед, еще сильнее сдавив его горло. В этот момент Браво со всей силы мотнул головой, ударив стража лбом по переносице. Снова брызнула кровь, Анцоло судорожно отпрянул.