— Значит, орден превратился в мирскую организацию. Чем же вы занимаетесь?

— В сороковые годы нам удалось спутать планы Гитлера, вскружив ему голову якобы пророческими астрологическими прогнозами. В результате он принял самое опрометчивое решение в своей жизни и направил войска в глубь России и Западной Европы. Мы постарались, чтобы нацисты не узнали о Манхэттенском проекте, несмотря на усилия Вернера Гейзенберга, директора Кайзеровского Института физики в Берлине. В 1945 году члены ордена убедили Гарри Трумэна остановиться, чтобы другие города не пострадали, как Хиросима и Нагасаки. С того времени орден непрерывно вел борьбу с распространением ядерного оружия. В 1962-м наш представитель встретился с Хрущевым на его даче в Подмосковье, после чего были отозваны военные силы с Кубы.

Теперь оружие ордена — экономика, и целое десятилетие мы прилагали все усилия, чтобы довершить распад СССР и удостовериться в окончательном падении коммунистического строя. Сегодня наши люди работают в Африке, сдерживая эпидемии, пытаются стабилизировать политическую обстановку в Восточной Европе, предоставить мусульманам возможность получать образование в странах Азии и Западной Европы, оградить их от вступления в ряды террористов. Люди попадаются на удочку экстремистов, когда умерла всякая надежда, когда душа ободрана до крови и в ней осталась только ненависть, когда некому удержать их от последнего шага… Мы никогда не предаем свою работу огласке, иначе пришлось бы непрерывно противостоять атакам рыцарей. Иногда мы проигрываем. Иногда добиваемся своего, но не в полной мере, как хотелось бы. Время несется вперед, и порой события просто захлестывают нас. Но святой Франциск заповедал нам нести в мир добро, не оставляя ничего для себя, и, несмотря ни на что, мы продолжаем его дело, начатое много веков назад. Сейчас же над миром нависла действительно серьезная угроза; еще немного, и рыцари святого Клемента возьмут власть в свои руки…

Дженни свернула с дорожки, и Браво пошел вслед за ней. Теперь они торопливо пробирались по узкой тропинке между гранитными надгробиями и гладкими мраморными стенами мавзолеев.

— Мы владеем многими тайнами, и в этом наша сила, — продолжала она. — Когда-то это были тайны королей, торговых магнатов, кардиналов, замышлявших убрать неудобных людей или надоедливых конкурентов, перекупить рынки голландских товаров, созданные нами же в семнадцатом веке. Позже — планы правительств по возвращению диктатуры, развязыванию войны, готовящиеся политические убийства. Сегодня — закулисные политические интриги, незаконное заключение выгодных контрактов с компаниями, которые могут повлиять на результаты выборов, информация о том, как отправленная в страны третьего мира гуманитарная помощь оказывается в руках чиновников, нуждающихся в ней меньше всего. Растраты, насилие, предательство; список можно продолжать до бесконечности… Подпольные сделки, направленные на устранение конкурентов из бизнеса, расхищение фондов и доверительных счетов, коррупция в самой верхушке власти. Любая несправедливость, совершенная людьми по отношению к другим людям.

При умелом обращении эта информация становится отмычкой, открывающей перед нами двери, обычно наглухо закрытые для посторонних. Это орудие воздействия на влиятельных людей, политиков, бизнесменов. Мы убеждаем их принимать решения, благоприятные для сохранения мира.

— А рыцари жаждут войны?

— Рыцари жаждут добраться до наших тайн, получить в распоряжение нашу власть. Уверена, использовать это оружие они будут не столь благоразумно. Они давно стремятся укрепить собственное могущество, сбросив наконец ярмо Ватикана. Они хотят влиять на решения правительств и крупных дельцов, извлекая из этого выгоду исключительно для себя.