Пока он говорил, в ушах Века его голос трансформировался в темную симфонию, будто слова отца наложили на эпичную музыку кино.

Век наклонился вперед, и они оказались так близко друг к другу, что он мог видеть каждую крапинку черного в темно-голубых радужках отца.

— Я твердо уверен, что ты отправишься в ад, — прошептал он с улыбкой на лице.

— И я заберу тебя с собой, сын. Ты не можешь бороться со своей природой, и ты окажешься в ситуации, в которой не сможешь победить. — Его отец склонил голову, и если бы у кого-то был пистолет, то они легко бы попали ему в лоб. — Мы с тобой одинаковы.

— Уверен? Я уйду отсюда, а ты в среду близко познакомишься с иглой. Нет здесь ничего одинакового.

Они какое-то время пристально смотрели друг на друга, пока отец не прервал зрительный контакт.

— Ох, сын, думаю, в конце недели я буду жив и здоров, — произнес он с нескрываемым удовольствием в голосе. — Ты прочтешь об этом в газетах.

— И как же тебе это удастся.

— У меня есть друзья внизу.

— В это я верю.

Очаровательная, слегка горделивая улыбка вернулась, и голос его отца вновь наполнился любезностью.

— Несмотря на… язвительность… всего этого, я рад тебя видеть.

— Я тоже. Ты производишь меньшее впечатление, чем я помню.

Левый глаз отца дернулся, и Век понял, что задел больное место.

— Сделаешь для меня кое-что?

— Скорее всего, нет.

— Сходи на могилу твоей матери ради меня и принеси ей красную розу. Я до смерти любил ту женщину, правда любил.

Век сжал руки в кулаки.

— Вот что я тебе скажу, — улыбнулся Век. — Я положу сигарету на твое надгробие. Как насчет этого, отец.

ДелВеччио старший откинулся на спинку, выражение его лица было пронизано холодом. Очевидно, данная встреча проходила не по его плану.

— Дело не только в тебе, кстати, — произнес его отец.

Когда Век нахмурился, мужчина сосредоточился на пустом месте за плечом Века:

— Она хотела, чтобы ты знал, что она страдала. Ужасно.

Господи… именно это сказал Кронер…

Век поймал себя прежде, чем оглянулся на Джима, но ответ ангела был очевиден: холодный воздух забурлил и пронесся над его головой, пересек стол и заставил кожу на руках отца покрыться мурашками.

Его отец улыбнулся воздуху, где стоял Джим.

— Ты же не думаешь, что выиграешь в этот раз, не так ли? Потому что ты не сможешь вытащить ее из него… экзорцизм не сработает, потому что он родился с этим… оно не внутри него, оно часть него.

ДелВеччио старший посмотрел на Века:

— А ты разве не знал, что я в курсе, что ты привел с собой дружков? Глупый, глупый мальчик.

— Мы закончили, — сказал Век, встав на ноги.

Да уж, определенно пора уходить: учитывая этот арктический воздух, Джим Херон, ангел, собирался обрушить ад на его папашу. Смотреть забавно, а последствия? Пометьте как «не здесь и не сейчас».

— Даже не обнимешь, — протянул его отец.

Век даже не стал отвечать. Хватит уже тратить свой воздух и время на сукина сына. На самом деле, он не был уверен, почему приехал сюда… попытка не пытка? Он не видел здесь никакого перепутья… Опять же, может, все дело было в сообщении Херону?

Когда Век развернулся и подошел к охраннику, парень быстро открыл дверь, будто тоже ни секунду дольше не хотел быть в запертом пространстве.

— Томас, — выкрикнул его отец. — Я буду видеть тебя в зеркале, сын.