Пункт назначения: диван в гостиной.

Джим и его парни последовали за ним, соблюдая дистанцию. Век либо обладал поразительной интуицией, либо был загрязнен так сильно, что имел радар на ангелов.

Зная их везение, дело в последнем.

Детектив сел и разоружился, сняв пистолет вместе с внушительным ножом. А потом он отстегнул значок.

Свой блестящий, полицейский значок из золота и серебра.

Мужчина очень долго держал вещицу в ладони, смотрел на нее, словно в кристальный шар, словно мог заглянуть… а может, в зеркало, в котором он пытался увидеть себя.

Положи его, приятель, подумал Джим. Прикончи свое пиво, откинься назад и придави подушку. Обещаю вернуть значок, когда закончу.

Век послушно выполнил указания, положив значок со своим именем и серийным номером рядом с оружием, приговорил пиво одно за другим, а потом улегся на подушки.

Его глаза закрылись секунду спустя. Прошло много времени прежде, чем его руки на бедрах расслабились и обмякли по бокам, но потом медленное, глубокое дыхание стало подтверждением… и намеком взять то, в чем они нуждались, и свалить.

Джим вытянул руку на уровне пояса и словно Джедай левитировал значок с голых половиц, притягивая его через темноту к себе. Как только ладонь коснулась предмета, он ощутил тот же холод, что и наверху дома, зло Девины осело в пространстве между молекулами металла.

Предостережение Эдди казалось излишним… до этого мгновения. Учитывая сильный сигнал, излучаемый значком, нежелательно, чтобы их застали врасплох, работающими над вещицей.

Джим кивнул в сторону окна, и как исчезает туман, так и они трое унеслись оттуда.

Расположенный в противоположной части города, в самом центре Колдвелла, комплекс Святого Франциска был гигантским сооружением, сиявшим, словно Лас-Вегас-Стрип. Под примерно двадцатью крышами ежегодно начинались и заканчивались тысячи жизней, битва против Старухи с косой велась каждым работавшим здесь доктором, хирургом и медсестрой.

Девина была знакома с этим местом: порой люди в белых халатах и зеленых униформах нуждались в небольшой помощи, чтобы работа была выполнена надлежащим образом.

Как правило, это означало смерть, но не всегда.

Демон вошла в крыло неотложной помощи через электронную переднюю дверь. Облачившись в сногсшибательный костюм из женской плоти, она приковала к себе всевозможные взгляды из толпы отцов и студентов, сидевших в комнате ожидания. Именно поэтому она не срезала путь, хотя вполне могла. Пройти сквозь стекло, сталь или кирпич было эффективно, но бессмысленно: она любила, когда на нее пялились. Пожирали глазами. Приставали. А горящие взгляды других женщин, эти ненавидящие, завистливые глаза?

Еще приятней.

Найти Кронера в этом кроличьем лабиринте отделений и этажей было проще простого. Она годами паразитировала в его теле, помогала ему шлифовать навыки и поддерживала его одержимость. Он родился больным ублюдком, но с недостатком смелости воплотить свои желания… и это опасливое бессилие сработало в ее пользу. И ничто не сделало бы человека с такими наклонностями более жестоким по отношению к молодым привлекательным женщинам, чем его крошечный, вялый член.

Необходимое ОИТ находилось семью этажами выше, и Девина не спешила, дефилируя к лифтам, прохаживаясь, рассматривая униформы медсестер.

Скукота. Мешковатая, дешевая хлопчатобумажная ткань без выреза сверху и висевшая снизу. На какую, черт возьми, реакцию они рассчитывали в таком виде?

Когда Девина, наконец, подошла к ряду двойных металлических дверей, она поднялась наверх вместе с санитаром и пожилым мужчиной на каталке. Старикан был без сознания, но извозчик не просто одарил ее оценивающим взглядом, а сделал это трижды.

Без сомнений, он сделал бы это в четвертый и пятый раз, если бы не открылись двери.

Выходя из лифта, она бросила ему улыбку через плечо, просто ради забавы.