— Мэм, зовите меня… Томом.

Рукопожатие было бодрящим, но теплым, и…

— Где моя девочка?

Низкий голос, донесшийся из дома, ассоциировался у Века скорее с сержантом, обучающим новобранцев, нежели со школьным директором.

— Входите, входите, — сказала миссис Рэйли. — Твой отец очень рад, что ты ужинаешь с нами.

Переступив порог, Век осмотрел коридор, ведущий на кухню, но успел увидеть немного. Мужчина, ростом шесть футов и четыре дюйма, встал перед ним, заслонив обзор, его плечи возвышались, словно горный хребет, шаги были длинными, как один из мостов Колди. Его кожа был темна как ночь, а глаза — черными… и подмечали абсолютно все.

Подумав об Инциденте на Кухне, произошедшем прошлой ночью, Век едва не намочил штаны.

Рэйли бросилась вперед, в объятия отца, будучи уверенной, что ее с легкостью поймают. Она обернула вокруг него руки, но он не смог долго держать ее в воздухе… парню пришлось опустить ее спустя пару секунд.

Когда мужчина обнял ее в ответ, его пронзительный взгляд остановился на Веке. Будто он знал обо всем, что гость на ужин хотел сделать с его дочерью.

Вот дерьмо…

Обхватив Рэйли одной рукой, ее отец вышел вперед и протянул ладонь размером с покрышку:

— Том Рэйли.

— Вас зовут одинаково, — заметила мама Рэйли. — Это знак.

Век в замешательстве моргнул.

Рэйли засмеялась.

— Я разве не говорила, что меня удочерили?

К чертям собачьим удочерение. Ему было плевать на цвет кожи ее родителей и на то, как это произошло. Он лишь молился, что ее отец никогда, ни в коем случае не узнает, что случилось на обеденном столе его маленькой девочки вчерашней ночью.

— Детектив ДелВеччио, — сказал он, наклонившись, чтобы пожать ему руку. — Сэр.

— Рад знакомству. Хочешь выпить?

— Да, это было бы замечательно. — Они даже могли внутривенно ввести ему «Джонни Уокера».

— Игра началась.

— Правда?

Пока мама Рэйли закрывала двери, Век выглянул на лужайку. Его не покидало ощущение, что за ним наблюдают… и он уже начал задумываться, можно ли подхватить паранойю как простуду.

Может, на него кашлянул кто-то с манией преследования.

— Сюда, — сказал ее отец, словно привык вести за собой людей.

Вновь сосредоточившись, Век догнал Рэйли, и они вчетвером зашли в просторную комнату, где и кухня, и гостиная находились в одном большом помещении. Плазма показывала И-эс-пи-эн, и он сразу же понял, в каком кресле сидел ее отец — на стоявшем рядом столике лежали «Нью-Йорк Таймс», «Спортс Иллюстрейтед» и пульты. А на соседнем кресле? «Экономист», «Радость готовки» и телефон.

— «Сэм Адамс» подойдет? — спросил мистер Рэйли из бара.

— Идеально.

— Бокал?

— Предпочитаю бутылку.

— Я тоже.

Рэйли, не замолкая, разговаривала с мамой, и Век сел со вторым Томом в комнате, благодаря Бога за включенный телевизор — ее отец мог смотреть на что-то, помимо него.

Век принял предложенный алкоголь, поднес его ко рту и сделал глоток…

— Так вы с моей дочерью уже назначили день свадьбы?

Он тут же сильно поперхнулся, воздух в горле пытался выбраться наружу.

— Папа!

Когда Рэйли начала отчитывать его, ее отец запрокинул голову и рассмеялся.

— Прости, дружище, ты выглядел таким напряженным, что мне пришлось немного тебя растормошить, — сказал он, похлопав Века по плечу.